1. Главная / Консультации 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| консультации | печать | 94

Установленный в интересах кредитора запрет на распоряжение имуществом должника не дает этому кредитору приоритета перед другими кредиторами в процедурах банкротства должника

Я являюсь кредитором общества с ограниченной ответственностью. В моих интересах был наложен запрет на распоряжение его недвижимым имуществом. Сейчас в отношении общества открыто конкурсное производство. Мне еще давно юрист говорил, что с наложением запрета на распоряжение имуществом у меня возникли права залогодержателя в отношении такого имущества.
Правильно ли я понимаю, что теперь я могу рассчитывать на удовлетворение моих требований в приоритетном порядке?

Законодательство о банкротстве действительно предоставляет залоговым кредиторам приоритет перед всеми остальными, незалоговыми кредиторами банкрота. Однако в рассматриваемом случае требования кредитора не будут иметь приоритета перед другими конкурсными кредиторами. Разберемся, почему.

Как гласит п. 7.1 ст. 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве), требования конкурсных кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, учитываются в реестре требований кредиторов в составе требований кредиторов третьей очереди.

Пунктом 4 ст. 134 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются за счет стоимости предмета залога.

Из содержания п. 1 ст. 334 ГК РФ следует, что в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

К отдельным видам залога (ст. 357—358.17 ГК РФ) применяются общие положения о залоге, если иное не предусмотрено правилами ГК РФ об этих видах залога (п. 4 ст. 334 ГК РФ).

Правовой статус лица, в интересах которого был наложен запрет на распоряжение имуществом должника как кредитора, определяет п. 5 ст. 334 ГК РФ. Согласно данной норме кредитор, в чьих интересах был наложен запрет на распоряжение имуществом, обладает правами и обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента вступления в силу решения суда, которым требования таких кредитора или иного управомоченного лица были удовлетворены.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 94 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поскольку согласно п. 5 ст. 334 ГК РФ считается, что права и обязанности залогодержателя предоставляются кредитору или иному управомоченному лицу только со дня вступления в силу решения суда, которым удовлетворены требования, обеспечивающиеся запретом, право на иск об обращении взыскания на арестованное имущество возникает не ранее указанного дня.

Таким образом, п. 5 ст. 334 ГК РФ предоставляет кредитору при наличии определенных условий право на иск об обращении взыскания на заложенное имущество, устанавливая особый, приоритетный порядок удовлетворения его требований, в том числе при совершении сделки с имуществом, в отношении которого объявлен запрет.

Здесь, однако, необходимо учитывать, что такие правила были установлены законодателем для регулирования обычной экономической деятельности хозяйствующих субъектов. Наделение в этом случае кредитора правами залогодержателя по правилам п. 5 ст. 334 ГК РФ обусловлено необходимостью защиты его прав, прежде всего путем предоставления кредитору возможности обратить взыскание на арестованную вещь после того, как ее собственником стало другое лицо, которое знало или должно было знать о запрете.

Иными словами, в п. 5 ст. 334 ГК РФ законодатель лишь приравнял права взыскателя к правам залогодержателя, но не указал при этом, что при введении запрета на распоряжение имуществом возникает полноценный залог. Более того, как следует из буквального смысла указанной нормы, правила о возникновении прав залогодержателя действуют, если иное не вытекает из существа отношений.

При открытии в отношении должника конкурсного производства применению подлежат специальные нормы законодательства о банкротстве. Введение процедуры банкротства является особым способом принудительного исполнения признанных обоснованными требований кредиторов к должнику. Порядок, условия и основания такого особого порядка исполнения регламентируются нормами законодательства о банкротстве, которые являются специальными по отношению к общим нормам гражданского законодательства и законодательства об исполнительном производстве.

Закон о банкротстве (ст. 2, 18.1, 138) исходит из того, что преимуществом по отношению к другим кредиторам в деле о несостоятельности обладают кредиторы, обязательства должника перед которыми по выплате определенной денежной суммы по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному гражданским законодательством основанию обеспечены залогом. Речь в данном случае идет об ординарном залоге — залоге на основании договора либо закона (п. 1 ст. 334.1 ГК РФ), применяемого в качестве стандартной гражданско-правовой меры обеспечения гражданского обязательства.

Как отмечается в судебной практике, права же залогодержателя, указанные в п. 5 ст. 334 ГК РФ, возникают в большей части из процессуальных правоотношений (в том числе вследствие принятия судом обеспечительных мер), при наличии широкого усмотрения со стороны государственного органа как в вопросе об определении имущества, в отношении которого может быть наложен запрет, так в вопросе о том, имеются ли основания для введения запрета, определенные правовым актом, регулирующим процедуру ареста. Эти права могут быть реализованы лишь после вступления в силу решения, которым удовлетворены требования, обеспечивающиеся запретом. Следовательно, названные меры, по сути, выступают не способом обеспечения исполнения обязательства как такового, а являются особым механизмом, направленным на фактическую реализацию подтверждающего обязательство акта государственного органа о взыскании задолженности, и они действуют в рамках общих правил исполнения. Порядок же исполнения актов о взыскании задолженности с несостоятельного должника регулируется нормами законодательства о банкротстве, которые являются специальными по отношению к общим правилам исполнения (см. постановление АС Московского округа от 31.07.2017 № Ф05-8236/2017 по делу № А40-26600/2016).

Закон о банкротстве исключает возможность удовлетворения реестровых требований, подтвержденных судебными решениями, в индивидуальном порядке и не содержит предписаний о привилегированном положении лица, в пользу которого наложен арест. Напротив, правоотношения, связанные с банкротством, основаны на принципе равенства кредиторов, требования которых относятся к одной категории выплат (п. 4 ст. 134 Закона о банкротстве). Введение судом, рассматривающим дело о несостоятельности, различного режима удовлетворения одной и той же выплаты в зависимости от формальных (процедурных) критериев, не связанных с ее материальной правовой природой, недопустимо.