1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать

Паразиты побеждают биржевиков

Операторы электронных торговых площадок, на которых покупают товары и сырье многие крупные заказчики (Росатом, энергокомпании и др.), заметили огромное количество поставщиков, не являющихся предприятиями-производителями. Сегодня эти посредники поставляют оборудование для электростанций, завтра — канцелярские товары, послезавтра — химические кислоты... Неизменно одно — значительная накрутка, которая по некоторым ассортиментным позициям доходит до 300% к уровню цены компании-производителя.

Проблема перекупщиков действительно существует, говорит корреспонденту «ЭЖ» генеральный директор МТС «Фабрикант» Дмитрий Мишутин. Причем это беда всей страны, а не только организаторов электронных торгов. Заводы-­изготовители крайне редко участвуют в бумажных тендерах и конкурсах, которые проводят заказчики, в том числе в бюджетных закупках.

Постоянное и зачастую неоправданное присутствие посредников отмечает и заместитель гендиректора электронной площадки «Единые торговые системы», которая обслуживает такие государственные структуры, как Минфин России, ФНС России, администрации ряда регионов.

Причин для процветания посредников несколько. Нередко у предприятий­-производителей плохо работают департаменты по сбыту продукции, которые не занимаются мониторингом рынка. Серые дилеры, торгующие продукцией по цене в несколько раз больше, чем у изготовителя, с энтузиазмом участвуют во всех тендерах и закупках.

Директора таких посреднических фирм говорят, что имеют свою маржу в среднем около 40%, а иногда умудряются получать и трехкратный навар. То есть на практике часто завод-­изготовитель работает с минимальной прибылью (10—15%), а посредники зарабатывают в несколько раз больше.

«Нам не понятно, почему в тендерах могут участвовать любые организации, не привязанные к производителю продукции. Ведь на сегодняшний день, чтобы участвовать в тендере, нужно подать заявку, сказать, что подшипники произведены не в Китае, и все», — говорит руководитель сбытовой структуры «Европейская подшипниковая корпорация» Сергей Сологубов.

На одном из тендеров фирма-­посредник представила документы, подтверждающие, что она является производителем подшипников и находится в Санкт-Петербурге. «Я впервые услышал, что там открылся завод по производству подшипников», — с улыбкой замечает коммерсант.

Нередко рыльце в пушку и у самих организаторов тендеров для нужд государственных ведомств и госкомпаний. Некоторые покупатели разбивают большой лот на три обязательные части. Например, первая часть требует, чтобы подшипники были только производства Европейской подшипниковой корпорации, вторая — исключительно производства Вологодского завода, третья — только Минского завода.

Понятно, что так каждый производитель безусловно выиграет свою часть лота. Но есть подвох. Если обязать участвующих в тендере обеспечить одновременную поставку всего лота, то победителем может стать лишь перекупщик.

Резкое снижение цен при увеличении числа производителей на электронных торгах можно проиллюстрировать на примере серной кислоты, которую закупают в МТС «Фабрикант» атомные станции (см. график).

В тендерах, уверены эксперты, должны участвовать в основном производители. Если же в них принимает участие дилер, то он должен представить три документа: договор о сотрудничестве с заводом-­изготовителем, бумагу о том, что компания-производитель гарантирует качество представляемых товаров и несет полную ответственность за будущую поставку своей продукции через указанного посредника, и документ о том, что завод доверяет дилеру участвовать в тендере от его имени.

Ввести такие требования для государственных ведомств и компаний, приобретающих товары и сырье для своих нужд, несложно. Тогда удастся ото­двинуть паразитирующих посредников и, наоборот, дать зеленый свет цивилизованным дилерам.

Правда, здесь есть серьезный недочет: взятки чиновникам и топ-­менеджерам госкомпаний могут существенно и непредсказуемо сократиться. Не исключено, что тогда и появится ответ на вопрос, отчего в России почти три десятилетия не развиваются товарные биржи.