1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 2562

Вольная гавань

К 215-летию основания Одесского порта

Тысячи крестьян, роющих рвы. Армейские части, сдавливающие город железным кольцом. Казачьи разъезды, снующие по всему периметру «оборонительных сооружений». Сторожевые посты у шлагбаумов и сотни тысяч потраченных из казны российских рублей… Приготовления невиданные и для людей несведущих необъяснимые! К обороне от какого врага приготовлялась Одесса? И кто в это же самое время готовился к преодолению неодолимых с виду препятствий: с помощью того же оружия, подземных ходов, налаживания хитрых мостов и даже… катапульт. В разразившихся через какое-то время ожесточенных схватках трудно было определить победителя. Столкнувшись с пограничными отрядами, отчаянные, «лихие люди» вступали в бой и затем мгновенно уходили под землю, в глухие лабиринты одесских катакомб...

Началось все с того, что вступивший на престол Павел I отказался отпустить деньги на строительство одесского порта. По легенде, преодолеть недоверие государя к затее его же матери удалось одесским купцам, вспомнившим о любви Павла… к апельсинам! Закупив их в Греции, они обернули каждый из 3 тыс. отборных фруктов особой бумажкой и со всякими предосторожностями отправили бесценный груз по зимней дороге в Санкт-Петербург. Император, разумеется, был побежден, но, едва получив из столицы деньги, одесситы тут же вложили их… в ломбарды! У них в голове уже крутилась идея, осуществление которой не только позволило бы выстроить порт, но и сильно двинуть в развитии сам город. Нужно было только согласиться на введении в Одессе порто­-франко, чтобы купцы могли свободно ввозить и вывозить товары, не платя никаких пошлин. В разные времена такой режим устанавливался в Генуе, Венеции, Марселе и многих других городах, но в Петербурге с согласием не спешили.

С воцарением Александра I одесситы вновь попытались добиться своего, теперь уже при поддержке нового генерал-­губернатора герцога де Ришелье. Ему удалось добиться немалых льгот. В 1803 г. пошлина на все товары была уменьшена на четверть, а в 1804-м был разрешен свободный транзит товаров, привозимых морем. Узнав о «торговых преференциях», в Одессу помчались негоцианты со всех концов мира. Обороты порта стали расти огромными темпами. К 1814 г. они достигли 25 млн руб. (!) — половины суммы оборота всех российских портов Черного и Азовского морей! «Ах! Если бы Российское государство забыло об этом благодатном городе лет на 25, то я бы превратил его в Марсель!» — хвастался Ришелье, продолжая добиваться для Одессы статуса «вольной гавани». «Порто-франко — одно только это волшебное слово, — убеждал он Александра I в одном из писем, — достаточно для того, чтобы привлечь капиталы со всей Европы!»

Дело так и не добившегося цели Ришелье продолжил новый градоначальник — граф Ланжерон. «Ишь, какой хитрый француз! – все еще противился Александр. — Я ему покажу беспошлинную торговлю!» О том, что случилось дальше — еще один анекдот. По наущению будто бы Ланжерона приехавший в Одессу государь был таможенниками… арестован за попытку беспошлинно провезти коньяк! Посидев под замком, государь быстро смекнул, чего от него хотят, и, рассмеявшись, потребовал перо и бумагу. Понятно, что небыль, но как бы там ни было, в 1817 г. в Одессе было учреждено первое в России порто-­франко!

На организацию двух таможен, рытье рвов и устройство других заграждений ушло 300 тыс. руб. Казалось, что город превратился теперь в неприступную крепость, но контрабандисты, груженные заполонившим Одессу заграничным товаром, большая часть которого, как известно, «производилась» на Малой Арнаутской, с легкостью стали обходить все препоны. Сократили тогда линию порто­-франко так, чтобы она упиралась в морское побережье, и углубили ров. Потратили еще 200 тыс., но и опять не добились нужного. В пограничную черту попали знаменитые одесские катакомбы. И «лихим людям» теперь не надо было даже напрягаться, прорубая подземные ходы. Попробовали вернуть границу на прежнее место, прикрыв ее уже не одним, а двумя рвами, но вскоре поняли, что враг не только силен, но и еще непобедим! Поняли и… успокоились. Во всяком случае при «воспетом» Пушкиным генерал­-губернаторе Воронцове попытка передвинуть границу предпринималась всего лишь раз… Торговые обороты Одессы меж тем продолжали быстро расти. Мануфактурные изделия, сахар, соль, вина, фрукты, уголь, железо — все это привозилось и вывозилось в огромных количествах. Но самым большим в Одессе был оборот хлеба. Его везли сюда со всей России. Дело оказалось настолько выгодным, что многие купцы переделывали под зернохранилища собственные дома! Доходило до того, что в некоторых зданиях под тяжестью зерна рушились стены!

Всего за пять лет порто­-франко Одесса по движению товаров вышла на второе место в России, уступая теперь лишь Санкт-Петербургу! По вывозу и ввозу она превзошла все вместе взятые порты США! Таможенные пункты «захлебывались» от притока товаров, а служащие на них чиновники принялись за возведение сказочных дворцов и роскошных садов с фонтанами. Государство теряло на злоупотреблениях до 400 тыс. руб. в год, но доходы от таможенных сборов были столь велики (за 30 лет порто-­франко они увеличились в 30 раз), что можно было закрыть глаза на все творимые безобразия. А они со временем стали принимать совсем уж негодные формы. Если раньше в ход пускались «обычные средства» — взятки и подкупы, то теперь в дело пошли револьверы и ножи, ибо все прилегающие к таможенной границе участки были давно раскуплены предприимчивыми господами, имевшими прямое отношение к контрабанде. Скученность населения в черте порто-­франко достигла неимоверного уровня! Строить склады уже было негде: земли было мало и стоила она фантастически дорого.

Николай I попытался было упразднить порто­-франко. Но его упросили «дать городу еще пять лет свободы». Крымская война добавила к этому сроку еще пять лет. Лишь в 1859 г. Одесса утратила статус «вольной гавани». Как оказалось, навсегда. Опыт, однако, не пропал даром. Порто-франко будут учреждены потом в Батуме, Феодосии, Владивостоке... С учетом его Д. Менделеев разработал лучший в истории России таможенный тариф. Основываясь на нем, граф Витте ввел меры новой протекционистской политики…

После революции, в эпоху НЭПа, порто­-франко пытались восстановить в Одессе и устроить на Сахалине. Сталин серьезно рассматривал варианты предоставления этого статуса Севастополю… Размышлял об этом и Хрущев. Сегодня о значении «свободных экономических зон» ведутся дискуссии, в которых полезно было бы вспомнить и о том, как мало чем примечательный город за довольно короткий срок превратился в красавицу Одессу — «жемчужину русской короны»!