1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1113

Когда в товарищах согласья нет …

Казалось бы, для поворота российской экономики в инновационное русло уже создана основательная законодательная и нормативно-правовая база. Однако все ли в ней глубоко проработано и учтено, так ли реализуется? Увы, участники Межведомственной рабочей группы по инновационному законодательству положительных ответов на эти вопросы не дают.

 

Основной инновационный продукт — патенты и лицензии на разработки. Однако лицензионная работа стала одной из проблем научно-исследовательских институтов РАН и вузов.

Hесколько лет назад, когда еще не было декларировано стратегическое направление на инновационное развитие, НИИ могли свободно распоряжаться доходами от научно-исследовательской работы, платя налоги на определенных условиях. Средства по лицензионным договорам шли на авторские вознаграждения и обновление материально-технической базы научных организаций.

Последние три года Минфин России в своих разрешениях на финансовые операции РАН лицензионные потоки не прописывает. Их как бы не существует. И заработанные учеными средства в конце года благополучно уходят в доход бюджета. Рассуждая о развитии инновационной деятельности, Минфин прикладывает максимум усилий, чтобы инновационную цепочку разрушить.

Другая проблема — частно-государственное партнерство (ЧГП). В Постановлении Правительства РФ № 685 достаточно четко прописана возможность получения исполнителем прав на результаты интеллектуальной деятельности. Но принятая поправка Минфина России «О внебюджетных источниках финансирования» в Бюджетный кодекс губит на корню ЧГП.

Под предлогом наведения порядка и повышения эффективности существенно усложнена процедура сдачи в аренду имущества. Введена независимая оценка, никак не учитывающая цели и адрес аренды: для хозяйственных нужд или наукоемкому малому и среднему предпринимательству.

Маниакальная боязнь воровства МЭРТ понятна. Но проблему решает заведенная в РАН практика, по которой арендатор не имеет права сдавать площади в субаренду.

Между тем чиновники МЭРТ, опасаясь злоупотреблений, организовали двухступенчатый контроль документов. В результате с начала года не заключено ни одного договора аренды. Все они застряли на экспертизе, а арендаторы пребывают в подвешенном состоянии, не имея правовых документов на занимаемые площади.

Еще более тягостная ситуация сложилась с землей РАН — выделенные в установленном порядке земельные участки второй год облагают налогом. И НИИ РАН стали своеобразным насосом перекачки бюджетных денег.

Минфин второй год обещает, что деньги на налоги в виде компенсации будут идти из федеральной казны через местный бюджет. Местные же органы власти, получив ничем не обоснованные вливания, делают максимальную ставку налога на землю — 1,5% от кадастровой стоимости, когда разрешено от 0,3 до 1,5%.

В 2006 г. Минфин компенсировал налоги на землю только за I и II кварталы. В 2007 г. компенсации вовсе не было. Налоговики категорически отказывают в отсрочке платежей, так как финансовое ведомство не дает никаких гарантий, что налоги будут компенсированы. Открывают судебные дела. Опечатывают помещения. Арестовывают счета. Так министерство реально поддерживает науку.

Земля, закрепленная за РАН, должна быть зарегистрирована как федеральная. Однако в Московской области Росрегистрация отказывается регистрировать участки РАН как федеральную землю даже наперекор позиции полпреда Президента РФ в ЦФО.

Эту проблему на местном уровне удачно решила Московская Дума, приняв закон, освободивший науку и малый бизнес от налогов на имущество и землю. Такое решение принесло Москве в 3 раза больше дохода, чем она потеряла от невостребованных налогов.

РАН за последние годы с участием инвесторов удалось построить несколько домов и, таким образом, закрепить молодых ученых в науке. Но в связи с федеральными жилищными программами академия не может быть заказчиком и генподрядчиком на строительство, и финансирование строек с участием РАН закрыто.

Десяти ученым в научном центре в Черноголовке предложили сертификаты на жилье. Но 9 человек отказались потому, что надо доплатить половину суммы стоимости квартиры по рыночной цене. Наша система была более приемлемой для ученых: работаешь в НИИ — получай служебную квартиру, ушел с работы — освобождай жилье.

Еще один парадокс. Научные организации могут получить деньги по какому-либо негосударственному контракту (от отечественных или иностранных заказчиков) только через Фонд развития, оставив в его недрах 24% налога. То есть необходимые ученым оборудование или приборы заведомо становятся дороже на 24%. При этом, получая деньги по контракту, научные организации могут тратить на материалы только 10 тыс. руб. Как в таких условиях вести сложную научно-техническую работу, в голове не укладывается!

Кстати, до того как начались разговоры об инновационном развитии страны, финансовых и материальных возможностей у научного сообщества было гораздо больше.