1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1821

Стратегия-2020: ностальгия по мировому лидерству?

Отличные результаты экономики в 2007 году и некоторая горячка предвыборной борьбы прибавили энтузиазма руководству страны, которое решило из 3 столбовых дорог продвижения России к рубежу 2020 года выбрать самую сложную — инновационный вариант развития. Декларируемые цели звучат красиво, но не отражают объективно реальности экономики.

 

Напомним, что предыдущий проект Стратегии-2020, представленный общественности в июле прошлого года, предполагал 3 пути развития России. Инерционный, энерго-сырьевой и инновационный варианты отличались друг от друга темпами роста ВВП и другими важнейшими параметрами экономического роста. Сейчас остается только инновационный вариант.

 

Объективнее

Стратегической целью (согласно проекту программного документа) является превращение России в одного из глобальных лидеров мировой экономики, выход ее на уровень социально-экономического развития высокоиндустриальных государств. К 2020 г. наша Родина должна войти в пятерку ведущих стран мира по экономической мощи — производству валового внутреннего продукта.

Выглядит эта цель, нет слов, здорово, тем более что по итогам прошлого года Россия, по данным международных экспертов, опередила такие страны «восьмерки», как Италия и Франция, по объему ВВП, рассчитанному по паритету покупательной способности, и вошла в семерку крупнейших экономик мира. А от семерки и до пятерки — всего лишь два шага, то есть две страны в данном случае.

Но стоит только разделить наш ВВП на численность граждан страны, и мы сразу же вылетаем не просто из семерки или первой десятки, а оказываемся в пятой десятке по уровню валового внутреннего продукта на душу населения.

Покинувший в прошлом году пост министра экономического развития Герман Греф перед своей отставкой справедливо отметил, что жители небольшой Австралии (порядка 20 млн человек) производят такой же валовой продукт, как и население России (142 млн).

Еще более сомнительными выглядят попытки протащить в Стратегию оценки основных экономических показателей, сделанные на основе паритета покупательной способности, кстати, рассчитанного на базе цен 2005 г.

Ведь российское Правительство уже приняло решение о том, что цены на продукцию и услуги естественных монополий (прежде всего электричество и газ) выйдут на уровень мировых к 2015 г. Производители других товаров тоже будут тянуть свои цены вслед за корпорациями (что мы и наблюдаем сейчас) и дотянут-таки их к 2020 г. до международных высот.

Многие цены, например на жилье, уже сегодня вышли на уровень мировых и продолжают увеличиваться даже в условиях возможного глобального финансового кризиса.

Российская инфляция опережает увеличение цен в развитых государствах в 3 раза. Так что любые попытки провести оценки валового продукта в 2020 г. на основе ППС могут лишь привести к искажениям важнейших экономических параметров.

 

Реалистичнее

Отдельная тема — вхождение России в число мировых технологических лидеров, о необходимости которого заявил на заседании Госсовета, посвященном Стратегии-2020, Владимир Путин.

Отечественная наука в соответствии с программным документом должна активизировать исследования и разработки как фундаментального, так и прикладного характера. Внутренние затраты на исследования и разработки поднимутся до 4% ВВП (в 2006 г. — лишь 1% валового продукта).

Отраслевая диверсификация экономики наконец-то станет реальностью, причем в структуре хозяйственного комплекса ведущая роль перейдет «отраслям знаний» и высокотехнологичным секторам промышленности. 

Доля высокотехнологичного сегмента и экономики знаний в ВВП увеличится почти в 2 раза и будет составлять не менее 20% (в 2006 г. — 10,5%), а вклад инновационных факторов в годовой прирост валового продукта будет равняться 2,5—3 процентным пунктам (в 2006 г. — 1,3).

В промышленности произойдут качественные сдвиги: доля предприятий, осуществляющих технологические инновации, возрастет более чем в 5 раз — с 9,3% в 2006 г. до 50% в 2020 г. Таким образом, практически каждая вторая компания будет внедрять в свою работу технологические инновации.

Осуществлять столь масштабные перемены в экономике должны высококвалифицированные, здоровые и хорошо оплачиваемые работники. Расходы на образование увеличатся до 6% ВВП (в 2006 г. — 3,9%), затраты на здравоохранение возрастут тоже до 6% (в 2006 г. — 3,9%). А среднемесячная заработная плата должна превысить 2000 долл. (в 2007 г. — порядка 500 долл.), то есть вырасти в 4 раза.

Россия должна занять значимое (не менее 10%) место на 4—6 мировых рынках товаров и услуг, технологии производства которых относятся к разряду так называемых критически важных для успешного научно-технического развития. 

Можно и нужно согласиться с важностью этой задачи, определенные сомнения в данном случае вызывает реалистичность некоторых декларируемых в Стратегии-2020 показателей. Так, целая группа инновационных проектов ориентирована на развитие научно-технического потенциала по междисциплинарным критическим технологиям.

В качестве примера такого подхода приводится комплекс программных решений по развитию нанотехнологий, включая президентскую инициативу «Стратегия развития наноиндустрии», создание Российской корпорации нанотехнологий и федеральную целевую программу «Развитие инфраструктуры наноиндустрии в РФ на 2008—2010 гг.» и ряд других мер.

Реализация этих программ, по оценке Минобрнауки, создаст потенциал новых перспективных исследований и разработок, который станет основой для технологического прорыва и увеличения доли России на мировом рынке нанопродуктов к 2020 г. до 3%.

Но сегодняшнее положение слишком далеко от намеченных рубежей. Объем производства отечественных нанопродуктов сейчас составляет 7 млрд руб. (280 млн долл.), а доля нашей страны на этом глобальном рынке пока равняется 0,04%. К 2020 г. мировой рынок нанопродуктов увеличится, по оценке наших же официальных экспертов, до 1,5 трлн долл., то есть наш рывок должен составить порядка 150 раз.

Безусловно, необходимо финансировать и развивать это перспективное направление высоких технологий, только целевые показатели должны быть более реалистичными.

 

Конкретнее

Еще одна проблема — отсутствие в Стратегии-2020 конкретных решений по отдельным важнейшим направлениям развития высокотехнологичных отраслей. К примеру, в документе назван ряд приоритетных направлений авиационной промышленности, в частности «реализация прорывного проекта в гражданском авиастроении в кооперации с ведущими иностранными фирмами при сохранении за Россией функции системного интегратора».

Но о каком конкретно самолете идет речь, не ясно. Если наше государство планирует создать современный дальнемагистральный авиалайнер, который может составить конкуренцию «Боингу» и «Эйрбасу», то нужно четко прописать такие намерения. Страна, что называется, должна знать своих героев и иметь возможность спросить с них за результаты, достигнутые за счет расходования бюджетных средств.

Сейчас Минэкономразвития занимается доработкой Стратегии-2020, которая займет около 2 месяцев. Очень хотелось бы, чтобы на выходе бизнес и простые граждане увидели документ с объективными показателями стратегических целей и конкретными, реальными задачами, стоящим перед отраслями экономики.

А ностальгия по мировому лидерству, красивые слова о нашей экономической мощи могут вызвать лишь головокружение у российских чиновников.