1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать

Одна петля – жара, морозы, тля

То зальет, то засушит, то морозом побьет... В этом году из-за сильных холодов в России, по словам министра сельского хозяйства Алексея Гордеева, погибнет как минимум треть посевов озимых. И отечественным сельхозпроизводителям весной предстоит «пересев», который потребует дополнительных затрат. Между тем обязательное страхование в сельском хозяйстве отменили еще в 1991 году. Только вот капризы природы никто не отменил. Как сегодня решается проблема страхования в сельскохозяйственном производстве?

Государство утратило воздействие на регулирование страховой деятельности. При этом, понимая необходимость использования страховой защиты в сфере АПК, оно нашло выход: стимулировать сельхозтоваропроизводителей к страхованию посевов культур через механизм субсидирования страховых премий.

Но до сегодняшнего дня процесс этот еще не отработан и не налажен должным образом. Споры вокруг принципов организации агрострахования в России в самом разгаре.

В 2004 г. страна выделила на нужды сельхозстрахования 1,9 млрд руб. В бюджете-2005 заложили столько же. Понятно, что компенсировать все потери урожая от плохой погоды в России на эти деньги невозможно – необходимо участие в страховании самих аграриев. Но у большинства из них денег не хватает и на более насущные нужды.

Потери хозяйств от недобора урожая за последние 10 лет (в ценах 2001 г.) составили 64,4 млрд руб. Из-за непогоды хозяйства теряют в год до 46,6 млрд руб., из-за стихийных бедствий, признанных чрезвычайными ситуациями, – до 17,8 млрд руб. Это означает, что для полного страхования урожая от всех стихийных бедствий страховые резервы должны составить как раз те самые 64,4 млрд руб. (для сравнения: в системе ОСАГО за 2004 г. было собрано 49,2 млрд руб.). Таких денег у хозяйств и бюджета нет. Поэтому приходится искусственно сужать страховое поле: страховать урожай лишь отдельных культур и не от всех погодных рисков.

Сегодня система агрострахования ориентирована на защиту от опасных погодных явлений. В разных регионах России они наблюдаются почти каждый год . Ущерб от них для конкретных хозяйств и целых регионов бывает катастрофическим. При этом некоторые аграрии требуют полного страхового возмещения, считают франшизу неправомерной.

Кстати говоря, в мире такой практики не существует: повсюду 20 – 30% риска берут на себя сами сельхозпроизводители. У нас же введение в договор франшизы автоматически лишает страхователя права на получение от государства

50-процентной компенсации уплаченной страховщику премии. И это несмотря на то, что действующим российским законодательством применение франшизы не запрещено – напротив, в силу ст. 1 ГК РФ оно вполне допустимо.

Для снижения тарифа на страхование урожая предлагается в определении страхового случая указывать в договоре долю участия сельхозпроизводителя в риске. Это согласуется с нормами Закона от 27.11.92 № 4015-1-ФЗ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» о страховом риске, праве страховой организации на его оценку и страховом тарифе (ст. 6, 8, 11).

Определение доли участия сельхозпроизводителя в риске экономически не только оправданно, но и необходимо, так как учитывает доступность страхования урожая для агрария и возможности страховщика по формированию страховых резервов, необходимых для гарантированного покрытия принятых им рисков.

В мировой практике страховщики или иные гаранты должны: зафиксировать наступление страхового события в форме погодной аномалии; подсчитать потери хозяйства; установить причинно-следственную связь между первым и вторым пунктами.

В России даже такие простые действия сопряжены с определенными трудностями. Подсчитать средний урожай для данного хозяйства и зафиксировать в договоре страхования базовый уровень урожайности, положим, можно. Однако за какие потери из-за погоды должен будет расплатиться страховщик? За суровую зиму, раннюю весну, засушливое лето и сырую осень? Ведь потери могут быть вызваны ошибками агрономов, дефицитом удобрений или пестицидов, размножением грызунов или насекомых и еще тысячами причин. А списать недобор проще всего на погоду.

Справедливости ради стоит отметить, что с 2004 г. ситуация начала улучшаться. А в прошлом году были проведены несколько мероприятий, в том числе «круглые столы», посвященные взаимодействию страховщиков и Росгидромета.

Их участники в основном уделяли внимание состоянию информационного обеспечения системы страхования в АПК. Было решено приступить к созданию баз данных об опасных для сельскохозяйственного производства погодных явлениях, а также уточнить их критерии и характеристики. Решили даже издать справочное пособие по терминологии – толковый словарь или глоссарий. Страховщики выразили готовность частично финансировать это крайне необходимое дело.

Бесспорно, погодные условия в нашей стране – это всегда грозное оружие, противодействие которому еще не изобрели. Остается только пытаться перераспределить финансовые риски в этой отрасли, включив на максимальную мощность механизм страховых гарантий.

Поэтому скорейшее выстраивание системы сельхозстрахования, которая бы эффективно действовала, разумно использовала каждый рубль бюджетных средств и взносов аграриев, – это очень важная и крайне актуальная задача для продовольственной безопасности страны.

 

МНЕНИЯ

Семен МАСЛОВ, начальник отдела страхования в АПК СК «МАКС»:

– Самое сложное в этом виде страхования – увязать интересы всех участвующих в нем сторон: страховых компаний, сельхозпроизводителей, региональных властей и федерального центра. Причина в том, что со стороны государства, а порой и участников рынка существует недопонимание специфики и особенностей работы аграрного сектора экономики.

Возьмем уровень принятия государственного бюджета. Каждый год в бюджет закладываются субсидии на поддержку сельхозпроизводителей – часть из них, как известно, компенсирует затраты по аграрному страхованию. Однако всякий раз эти средства приходят к селянам с опозданием.

К примеру, в конце 2004 года на поддержку сельхозпроизводителей был выделен 1,9 млрд рублей. Когда осенью 2005 года аграрии, застраховавшие свой урожай, обратились за компенсацией части расходов на этот вид страхования, то выяснилось: выделенных средств явно недостаточно, потому что по сравнению с предыдущим годом число хозяйств, пожелавших застраховаться, значительно выросло. То есть господдержка должна была составить гораздо большую сумму!

Конечно, ради одних только сельхозпроизводителей никто не станет передвигать рамки принятия госбюджета по времени и регламенту. Но ничто не мешает нашим уважаемым парламентариям учесть эти обстоятельства и внести поправки в закон о госбюджете.

Скажем, для компенсации затрат на агрострахование предусмотреть выделение селянам дополнительных средств из бюджета в I квартале текущего года либо из специального резервного фонда. Решение этой проблемы сняло бы многие вопросы. А главное, позволило бы Министерству сельского хозяйства разработать «правила игры» для участников этого рынка страхования не на год, а на пять лет.

* * *

Никита ИСАЕВ, президент Страхового холдинга Prime Insurance:

– Сельское хозяйство в России – не самая простая область для страхования. Кроме рисков, связанных непосредственно с урожаем, важными для сельского хозяйства являются риски, вызываемые колебаниями цен на производимую продукцию, закупаемые удобрения, ГСМ и многое другое, без чего не могут работать сельхозпроизводители.

Из-за высокой рискованности агробизнеса страховые тарифы для данной отрасли могут составлять до 30% от стоимости застрахованного урожая.

Важными факторами в формировании таких высоких тарифов являются отсутствие качественной статистики убыточности страхования сельскохозяйственных рисков, непрозрачность бизнеса и отсутствие эффективных рычагов контроля за хозяйственной деятельностью сельхозпроизводителей.

В настоящее время практически единственным видом страхования, используемым в сельском хозяйстве, является страхование залогов при получении банковских кредитов, так как наличие страховки – обязательное условие для доступа к источникам финансирования.

В качестве залога обычно используется сельскохозяйственная техника или будущий урожай, что и выступает объектом для страхования.

Сельскохозяйственное страхование – это очень специфическая сфера, требующая от страховой компании наличия специалистов, досконально разбирающихся в сельском хозяйстве, знающих порядок урегулирования убытков и порядок определения ущерба. Сейчас таких профессионалов немного, что, в свою очередь, также сдерживает развитие данной отрасли.

Я считаю, что этим видом страхования должны заниматься только крупные компании, имеющие сеть филиалов по стране. Наличие в страховом портфеле договоров из разных регионов страны позволило бы СК чувствовать себя более уверенно, и в случае стихийного бедствия в одном из районов покрытие убытков не будет столь затруднительным.

* * *

Владимир ПЛОТНИКОВ, председатель Аграрной партии России, президент Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России (АККОР), депутат Государственной Думы:

– Тема агрострахования чрезвычайно важна. Скажем, нынешняя зима в ряде регионов привела к гибели озимых. Но о выплате страховых компенсаций многие крестьяне могут лишь мечтать. И не только потому, что страховщики пока мало работают по особо значимым для селян рискам – потеря урожая, транспорта, сельхозтехники.

Главная причина в том, что на аграрные рынки допущены только крупные страховые компании, а мелких региональных страховщиков не аккредитуют в банках и лизинговых компаниях. Часто бывает так, что крупная компания, собрав страховые премии в одном регионе, уходит в другой и не платит по страховым случаям.

Нужно активнее стимулировать деятельность страховых компаний, ориентированных на агрориски, в том числе и через господдержку. Нужно укреплять партнерство страховщиков и организаций сельхозпроизводителей, например фермеров. Еще один путь – создание страховых кооперативов. Кстати, реальные возможности для этого предоставляет и приоритетный национальный проект «Развитие АПК».