В прошлом году российский бизнес обновил исторический максимум капитальных вложений в охрану природы. Но при пересчете c учетом инфляции прирост фактически обнуляется. Основные средства по-прежнему сосредоточены в руках промышленных гигантов, тогда как почти половина регионов сократила зеленые бюджеты, а некоторые и вовсе отказались от подобных расходов. Кто инвестирует в экологию больше всех, какие направления оказались в фаворитах, а какие — в глубоком минусе и почему государственные субсидии не спасают ситуацию — в материале.
Аналитики FinExpertiza проанализировали данные Росстата об инвестициях в основной капитал, направленных на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов. Отчетность сдают крупные и средние предприятия. В статистику входят расходы на строительство и модернизацию природоохранных объектов — очистных сооружений, газоочистного и пылеулавливающего оборудования, комплексов по переработке отходов, а также проекты по защите ресурсов и сохранению биоразнообразия. Текущие затраты не учитываются. Господдержка (субсидии, гранты) формирует 11% объема вложений, но, поскольку отчитываются предприятия, эти средства включены в их экологические инвестиции.
Анализ показал, что общий объем капитальных вложений в охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов по итогам 2025 г. составил 408,9 млрд руб., увеличившись на 8,9% по сравнению с предыдущим годом. Это максимальный показатель за всю историю наблюдений, при этом на протяжении последних лет экологические инвестиции демонстрируют устойчивый восходящий тренд, лишь изредка замедляясь в периоды экономической нестабильности.
Как отмечает президент FinExpertiza Елена Трубникова, темп прироста экологических инвестиций в 2025 г. ускорился почти до 9% после практически нулевой динамики годом ранее, когда вложения увеличились всего на 1,1%. Однако за последние пять лет отмечались и более высокие значения: рекордный прирост пришелся на постковидный 2021 г. — 52,8%, второй по динамике — 2023 г. (21%).
Даже в санкционном 2022 г. экологические вложения выросли на 2,5%, а в пандемийном 2020 г. — на 12%. При этом, хотя объем капитальных затрат достиг исторического максимума, номинальный рекорд не привел к увеличению реальных вложений. «С учетом инвестиционной инфляции в 9,3% их реальный объем, напротив, сократился на 0,3%. Таким образом, капитальные вложения в природоохранные проекты фактически стагнировали», — подытожила Е. Трубникова.
Кто и сколько вложил в экологию по отраслям
В 2025 г. в тройку лидеров по капитальным экологическим вложениям вошли обрабатывающая промышленность, добыча полезных ископаемых, а также сфера водоснабжения, водоотведения и обращения с отходами.
На первом месте — предприятия обрабатывающей промышленности, направившие на природоохранные цели 178,4 млрд руб., что составляет 43,6% всех отраслевых инвестиций, то есть почти половину. Внутри сектора наибольшие суммы освоили металлурги (114,4 млрд руб.), производители кокса и нефтепродуктов (28,4 млрд руб.), химики (23,6 млрд руб.), а также предприятия по выпуску неметаллической минеральной продукции (3,9 млрд руб.) и бумажных изделий (3,3 млрд руб.).
На втором месте — добыча полезных ископаемых со 100,9 млрд руб. (24,7% всех вложений). Здесь основные средства пришлись на добытчиков металлических руд (49,2 млрд руб.) и нефтегазовые компании (41,9 млрд руб.).
Замыкает тройку сфера водоснабжения, водоотведения и обращения с отходами — 58,1 млрд руб., или 14,2% совокупных затрат. Крупнейшие вложения в этом сегменте сделали компании по обработке сточных вод (27,1 млрд руб.), предприятия по забору, очистке и распределению воды (24,7 млрд руб.) и мусорной отрасли (6,2 млрд руб.).
В число крупнейших экоинвесторов также вошли энергетические предприятия (24,6 млрд руб., или 6%), организации профессиональной, научной и технической деятельности (11,4 млрд руб., или 2,8%), строительная отрасль (10,5 млрд руб., или 2,6%), госучреждения и организации социального обеспечения (9,3 млрд руб., или 2,3%), транспорт и хранение (7,9 млрд руб., или 1,9%), операции с недвижимостью (2 млрд руб., или 0,5%) и сельское хозяйство (1,5 млрд руб., или 0,4%). На все остальные отрасли пришлось 4 млрд руб., или 1% зеленых инвестиций.
Динамика по отраслям оказалась разнонаправленной. Наиболее заметный рост экологических капвложений зафиксирован в гостинично-ресторанном бизнесе — в четыре раза (+311,7 млн руб.), здравоохранении — в два раза (+6,3 млн руб.), сфере административной деятельности (+56,9%, или +320,5 млн руб.), водоснабжении и утилизации отходов (+46,8%, или +18,5 млрд руб.), добыче полезных ископаемых (+33,8%, или +25,5 млрд руб.), энерго- и газоснабжении (+19,4%, или +4 млрд руб.), транспорте и хранении (+12,4%, или +871,4 млн руб.), культуре, спорте и развлечениях (+10%, или +70,2 млн руб.), строительстве (+6,3%, или +621,1 млн руб.) и обрабатывающей промышленности (+2,8%, или +4,8 млрд руб.). Кроме того, практически с нуля до 1,3 млрд руб. выросли за год экокапвложения в финансово-страховой сфере.
Сокращение зеленого инвестирования затронуло торговлю — падение в 12 раз (на 6,6 млрд руб.), сельское хозяйство — почти в три раза (на 2,5 млрд руб.), операции с недвижимостью — в два раза (на 2,2 млрд руб.), профессиональную, научную и техническую деятельность (–35,4%, или –6,3 млрд руб.), а также госуправление и соцобеспечение (–33,2%, или –4,6 млрд руб.).
Региональные экоинвестиции
Наибольшие объемы экологических вложений традиционно сосредоточены в промышленно развитых и густонаселенных регионах. Крупный бизнес здесь направляет средства на обновление производственной инфраструктуры и внедрение решений для снижения воздействия на окружающую среду — от строительства очистных сооружений до систем очистки выбросов и объектов для обращения с отходами. Масштаб инвестиций определяется объемом промышленного производства и численностью населения: чем выше нагрузка на природу, тем больше потребность в природоохранной инфраструктуре.
Лидеры и аутсайдеры по объему вложений
Наибольшие капитальные траты на экологию зафиксированы в Красноярском крае — 44,7 млрд руб. (81% из них — на охрану атмосферного воздуха) и Свердловской области — 41,5 млрд руб. (36% — на обращение с отходами). Далее с заметным отрывом следуют Ямало-Ненецкий автономный округ (26,8 млрд руб.), Иркутская область (25,6 млрд руб.) и Липецкая область (21,9 млрд руб.). В десятку также вошли Санкт-Петербург (18,5 млрд руб.), Краснодарский край (17,7 млрд руб.), Татарстан (14,6 млрд руб.), Кемеровская область (13,6 млрд руб.) и Белгородская область (13 млрд руб.).
Минимальный объем средств направили предприятия Костромской области — всего 7,6 млн руб. В аутсайдерах также Калмыкия (10,8 млн руб.), Астраханская область (35,5 млн руб.), Ивановская область (40,1 млн руб.), Тыва (43,8 млн руб.), Курганская область (85,2 млн руб.), Воронежская область (104,9 млн руб.), Дагестан (111,5 млн руб.), Орловская область (127,4 млн руб.) и Хакасия (135 млн руб.). Тверская область вовсе не отчиталась о зеленых вложениях, хотя годом ранее они составляли 410,5 млн руб.
Прирост и снижение
В 2025 г. номинальный рост экологических капвложений зафиксирован в 55% регионов. Наиболее существенно увеличили инвестиции предприятия Свердловской области — на 13,8 млрд руб. (+50,1%), практически полностью за счет роста вложений в обращение с отходами (+13,5 млрд руб.). Далее следуют Липецкая область (+9,4 млрд руб., +75,4%), Иркутская область (+7,7 млрд руб., +43,1%), Санкт-Петербург (+4,9 млрд руб., +36,2%), Якутия (+4,5 млрд руб., рост почти в два раза), Краснодарский край (+3,6 млрд руб., +25,3%), Томская область (+2,6 млрд руб., рост более чем в три раза), Кемеровская область (+2,5 млрд руб., +22,3%), Красноярский край (+2,3 млрд руб., +5,3%) и Забайкальский край (+2,2 млрд руб., +63,7%). Семь из десяти регионов-лидеров по приросту одновременно входили в топ-10 по абсолютному объему инвестиций.
Снижение зафиксировано в 45% регионов. Наиболее заметно сократились вложения в Челябинской области — на 5,1 млрд руб. (–29,1%), главным образом за счет сбора и очистки сточных вод и охраны атмосферного воздуха. Далее следуют Вологодская область (–4,6 млрд руб., падение в 2,6 раза), Ханты-Мансийский автономный округ (–3,35 млрд руб., падение в 2,4 раза), Омская область (–3,3 млрд руб., падение почти в два раза), Ростовская область (–3,2 млрд руб., падение в четыре раза), Белгородская область (–2,9 млрд руб., –18,1%), Коми (–2,4 млрд руб., падение в 3,5 раза), Ставропольский край (–2 млрд руб., падение более чем в пять раз), Ивановская область (–1,9 млрд руб., практически полное прекращение инвестиций) и Ненецкий автономный округ (–1,9 млрд руб., падение более чем в пять раз).
Структура инвестиций по направлениям
Основная часть зеленых инвестиций — 284,5 млрд руб., или 69,6% — в 2025 г. пришлась на строительство новых природоохранных объектов, а не на реконструкцию действующей инфраструктуры. Годом ранее доля нового строительства составляла 70,3%.
Наибольший объем вложений направлен на охрану атмосферного воздуха и предотвращение изменения климата — 170,6 млрд руб. (42%). Это установка оборудования для улавливания и обезвреживания загрязняющих веществ, создание контрольно-регулировочных пунктов, мероприятия по сокращению выбросов и мониторингу.
Второе место — обращение со сточными водами: 147,8 млрд руб. (36%). Сюда входят строительство и модернизация очистных сооружений, развитие систем оборотного водоснабжения, контроль качества и очистка охлаждающих вод.
На третьем месте — обращение с отходами: 56,6 млрд руб. (14%). Инвестиции направлены на внедрение технологий переработки, строительство полигонов и предприятий по обезвреживанию и утилизации отходов, лабораторный контроль токсичности.
Четвертая позиция — защита и экологическая реабилитация земель, поверхностных и подземных вод: 21,1 млрд руб. (5%). Это строительство гидротехнических объектов, укрепление берегов, возведение плотин, террасирование склонов, мониторинг почв и водных ресурсов.
На рациональное использование и охрану недр пришлось 7,9 млрд руб. (2%) — проекты по комплексной переработке минерального сырья, снижение экологического воздействия добычи, рекультивация земель и контроль безопасности горных выработок.
Остальные направления — охрана и рациональное использование лесных ресурсов (3,3 млрд руб.), сохранение биоразнообразия и охрана природных территорий (1,1 млрд руб.), снижение шумового и вибрационного воздействия (0,5 млрд руб.) — в совокупности аккумулировали 1,2% всех капитальных экологических инвестиций.
Динамика по направлениям
В 2025 г. динамика экологических инвестиций по направлениям оказалась разнонаправленной. Наиболее заметно выросли вложения в снижение шумового и вибрационного воздействия — в три раза (+332,9 млн руб.). Существенно увеличились инвестиции в обращение с отходами — на 68,5% (+23 млрд руб.) и в охрану атмосферного воздуха — на 14,8% (+22 млрд руб.). На 5% (+7,1 млрд руб.) выросли вложения в сбор и очистку сточных вод.
Сокращение затронуло четыре направления. Наиболее существенное падение — в охране и рациональном использовании недр: –60,6% (–12,2 млрд руб.). Инвестиции в охрану лесных ресурсов снизились на 33,9% (–1,7 млрд руб.), в защиту и реабилитацию земель и водных объектов — на 18,5% (–4,8 млрд руб.), в сохранение биоразнообразия — на 15,5% (–200,3 млн руб.).
Таким образом, 2025 г. принес рекордные номинальные показатели, однако реального увеличения вложений по итогам года не произошло. Финансирование по-прежнему сосредоточено на новом строительстве, а не на модернизации действующей инфраструктуры, а география инвестиций остается крайне неравномерной.
К сведению
Экономика в приоритете: прагматичный взгляд на климат
Данные второго национального доклада «О климатической повестке в России», подготовленного РСПП и ИНП РАН, показывают, что для России на первый план выходят меры адаптации к уже происходящим изменениям климата. Задачи по сокращению выбросов парниковых газов при этом рассматриваются через призму экономической эффективности и национальных интересов. Такой подход опирается на данные о растущем числе опасных гидрометеорологических явлений, а также на оценки потенциального экономического ущерба, который можно предотвратить благодаря своевременной адаптации.
В 2025 г. Россия опубликовала второй Определяемый на национальном уровне вклад (ОНУВ) в рамках Парижского соглашения. Документ устанавливает цель сократить нетто-выбросы парниковых газов к 2035 г. до уровня 65—67% от показателей 1990 г. При этом в докладе акцентируется, что достижение этой цели напрямую увязано с устойчивым социально-экономическим развитием страны и, что особенно важно, с отсутствием дискриминационных барьеров в доступе к зеленым технологиям и оборудованию. Также подчеркивается, что Россия уже сейчас сократила свои нетто-выбросы относительно 1990 г. в большей степени, чем любая другая крупная экономика.
Вместе с тем в прошлом году активно развивалась нормативно-правовая база для добровольного углеродного рынка. Был принят комплекс актов, направленных на аккредитацию российских углеродных единиц в международной системе CORSIA, что открывает для отечественных компаний возможности для международной торговли результатами климатических проектов. Новые требования ужесточают подходы к методологиям проектов, особенно в части управления рисками высвобождения парниковых газов (например, при лесных пожарах), что должно повысить доверие к российским углеродным единицам на внешних рынках.
Анализ итогов Сахалинского эксперимента по достижению углеродной нейтральности, представленный в докладе, показывает, что официально объявленный успех региона был обеспечен не столько квотированием выбросов промышленных предприятий, сколько уточнением оценки поглощающей способности природных экосистем в региональном кадастре. Это позволяет сделать вывод, что работа с природными поглотителями — лесами, почвами, болотами — может быть более действенным инструментом климатической политики, чем дорогостоящие технологические меры, и потому заслуживает приоритетного внимания.
В 2024 г. в России зафиксировано рекордное число опасных гидрометеорологических явлений (1234), среди которых наиболее разрушительными были сильные осадки, порывистый ветер, заморозки и лесные пожары. Экономические расчеты, приведенные в докладе, показывают, что отсутствие системных мер адаптации при повышении среднегодовой температуры на 1 °C может привести к сокращению ВВП на 3,1 трлн руб. В то же время реализация грамотной адаптационной политики позволяет не только предотвратить эти потери, но и получить положительный экономический эффект, в том числе за счет снижения затрат на отопление, улучшения навигационных условий и расширения зон земледелия.
В докладе рассматриваются три сценария климатической политики. Первый, «Агрессивный», предполагает быстрый переход на дорогие западные низкоуглеродные технологии — такой путь признан экономически неоправданным для России. Вместо этого предлагается «Оптимальный» сценарий. Он делает ставку на адаптацию, на более точный учет того, сколько парниковых газов поглощают наши леса и почвы, на повышение энергоэффективности и сокращение потерь при добыче и транспортировке топлива. Технологические же решения предлагается внедрять постепенно, ускоряясь только после 2040—2050 гг.
Исходя из этого, доклад формулирует рекомендации на 2026—2027 гг. Приоритетными направлениями названы: дальнейшее развитие добровольного углеродного рынка и его аккредитация в CORSIA, заключение двусторонних соглашений по статье 6.2 Парижского соглашения, продолжение работы по уточнению оценки поглощения парниковых газов природными экосистемами в национальном кадастре, а также консолидация системы управления адаптацией и формирование единой базы данных для планирования адаптационных мероприятий. Особый акцент — на необходимости перехода от реактивной оценки климатических рисков на основе исторических данных к прогнозному моделированию.
В целом доклад показывает, что Россия выстраивает климатическую политику исходя из экономической целесообразности, увязывая ее с ростом экономики и технологической независимостью. Адаптация становится главным инструментом для снижения уязвимости страны перед погодными аномалиями, а природные экосистемы — леса, почвы, болота — рассматриваются как ключевой ресурс для баланса выбросов и поглощений. При этом Россия намерена участвовать в международном климатическом диалоге, продвигая свои подходы и используя такое преимущество как огромный природный потенциал поглощения парниковых газов.