Два десятилетия механизм особых экономических зон работал как инструмент привлечения капитала и создания инфраструктуры. По оценке участников, теперь наступает этап, когда важнее становится эффективность самого управления и качество реализуемых проектов. На профильной сессии Кавказского инвестиционного форума представители федеральных ведомств, институтов развития, управляющих компаний и бизнеса обсуждали, как сделать ОЭЗ более устойчивыми для регионов и прозрачными для инвесторов.
Напомним, Особые экономические зоны (ОЭЗ) появились в России в 2005 г., когда был принят федеральный закон № 116-ФЗ. Цифры, которые привел заместитель министра экономического развития Святослав Сорокин, показывают масштаб проделанной за это время работы. В 47 регионах функционируют 61 зона и более 1,4 тыс. резидентов. Общий объем привлеченных инвестиций превысил 3,8 трлн руб., создано 137 тыс. рабочих мест. По оценке Минэкономразвития, налоговые поступления от бизнеса уже компенсировали государственные затраты и дали бюджету дополнительно 87 млрд руб., то есть инструмент окупился.
Однако, по словам С. Сорокина, сохраняются системные ограничения. Это дефицит подготовленных площадок, недостаточная ответственность инвесторов за исполнение обязательств и нехватка источников финансирования, особенно в туристической сфере.
Кроме того, участники сессии обратили внимание на регуляторные недоработки. В энергетике резиденты часто заключают прямые договоры с ресурсоснабжающими организациями, что снижает возможности управляющих компаний возвращать инвестиции в инфраструктуру.
Обсуждалась и необходимость доработки постановления правительства № 1119, прежде всего за счет включения затрат на капитальный ремонт и цифровизацию. Также ставился вопрос об изменениях в решении Евразийской экономической комиссии № 88, направленных на упрощение производственных процессов за пределами ОЭЗ, и об уравнивании прав резидентов-собственников и арендаторов.
Чтобы преодолеть существующие преграды, министерство донастраивает механизм: уточняются требования к резидентам, вводятся финансовые фильтры для отбора проектов, усиливается контроль за реализацией, создаются более гибкие условия для расширения территорий под крупные инвестиционные проекты. Подготовленный пакет изменений нормативной базы уже передан на регистрацию в Минюст.
Одной из главных тем обсуждения стала трансформация экономической модели управляющих компаний. Директор Ассоциации кластеров, технопарков и ОЭЗ России Михаил Лабудин заметил, что вопрос самоокупаемости этих структур лежит не в плоскости тарифов или субсидий. Ключевой фактор — инвестиционная привлекательность самих зон. Выигрывают те площадки, где системно выстроена работа от качества инженерной инфраструктуры до прозрачности процедур взаимодействия с инвестором.
В ходе дискуссии участники называли примеры лучших практик. К ним были отнесены экосистемный подход в ОЭЗ «Технополис Москва» и ОЭЗ «Санкт-Петербург», развитие социальной инфраструктуры в ОЭЗ «Кулибин», кооперационные модели в ОЭЗ «Авангард», а также синергия мер поддержки в ОЭЗ «Владимир». Анализ этих кейсов показывает, что формируется более сложная архитектура, в которой ОЭЗ становятся ядром промышленных и инвестиционных экосистем.
Таким образом, дискуссия зафиксировала смену вектора: система ОЭЗ переходит от экстенсивного роста к управленческой эффективности. Усилия государства направлены на превращение зон в самоокупаемый инструмент.
За 20 лет своего существования ОЭЗ стали драйвером развития территорий: за счет готовой инфраструктуры и льгот инвестор экономит до половины капитальных затрат, снижая налоговую нагрузку. Однако основной риск заключается в том, смогут ли региональные управляющие команды, привыкшие работать в условиях государственной поддержки, быстро перестроиться на конкурентные принципы. Именно от этого зависит, сохранят ли ОЭЗ статус действенного инструмента территориального развития или нет.