Долгосрочное развитие бизнеса сквозь призму ESG-факторов

| статьи | печать

ESG и устойчивое развитие уже несколько лет остаются одной из самых актуальных тем для бизнеса. Однако в условиях экономической неопределенности говорить об устойчивости и долгосрочном планировании стало сложнее. Об особенностях трансформации бизнеса на фоне санкционного давления, перестройке операционных процессов и роли ESG-факторов в этом рассказывает Ораз Дурдыев, и. о. президента крупнейшей пивоваренной компании AB InBev Efes (бренды Hoegaarden, Stella Artois, Velkopopovický Kozel).

Термин «ESG» начал широко использоваться на международном уровне в начале 2000-х, когда в ООН прозвучал доклад с призывом учитывать ESG-факторы в стратегиях развития бизнеса. В дальнейшем экологическая и социальная ответственность бизнеса развивались поступательно под влиянием глобальных экологических проблем, растущего запроса со стороны потребителей и других факторов, обусловленных локальной спецификой, таких как законодательство, особенности отношения с государством, механизмы продвижения бизнеса или личная воля руководителей.

Мощным драйвером для широкого распространения ESG-стратегий стали «Принципы ответственного банковского дела» ООН, озвученные в 2019 г. С этого момента повестка устойчивого развития стала не просто «социалкой» для бизнеса, но и реальным инструментом формирования инвестиционной привлекательности компании: финансовые институты начали обращать внимание на устойчивые практики и в зависимости от успешности ESG-трансформаций принимать решения об инвестициях.

В России ESG-проводниками ожидаемо оказались глобальные компании с национальными подразделениями, которые адаптировали разработанные в штаб-квартирах стратегии к российским реалиям, а также отечественные компании, которые активно взаимодействовали с зарубежными рынками и были заинтересованы в доступе к иностранным финансовым институтам.

Приоритетными направлениями стратегий устойчивого развития на отечественном рынке стали наиболее проблемные вопросы российской экологической повестки — зеленая упаковка, переработка отходов, декарбонизация, включая переход на альтернативные источники энергии, — и социальные программы. Причем, как правило, экономическая эффективность таких проектов прослеживалась только в длительной перспективе в силу национальных особенностей. К примеру, большинство первичного сырья в России до сих пор остается дешевле вторичного, а переход на возобновляемые источники энергии пока не пользуется такой же сильной поддержкой со стороны государства и финансовых институтов, как в европейских странах.

ESG-ответ на новые вызовы

В контексте новой реальности ключевым приоритетом бизнеса, и в особенности тех международных компаний, которые остались на российском рынке, стало сохранение операционной эффективности и адаптация процессов под стремительно меняющиеся условия.

При этом ESG-повестка, которая в последние годы набирала популярность, казалось бы, должна потерять свою насущность.

Однако, напротив, принципы устойчивого развития сейчас приобретают особую актуальность, ведь они отвечают аналогичным целям: в фундаменте устойчивого развития лежит способность компании сохранять бизнес в полном объеме и развиваться в долгосрочной перспективе. Сохранить объем производства в текущих условиях санкционного давления — значит обеспечить бизнес ликвидностью, переориентировать логистику, закупки и поставщиков, адаптировать бренд-портфолио. Не менее важно и сфокусироваться на человеческом капитале, не потерять ценные высококвалифицированные кадры и продолжить выполнение социальных обязательств перед сотрудниками.

Интересно отметить, что буквально полгода назад был проведен масштабный опрос, охвативший тысячу руководителей российских компаний. По его итогам оказалось, что больше половины из них в принципе не были знакомы с ESG и устойчивым развитием. Вполне возможно, что те топ-менеджеры, которые ранее в той или иной степени интегрировали ESG-повестку в свои бизнес-стратегии, сейчас испытывают меньше трудностей с перестройкой процессов — локализацией производств, адаптацией цепочек поставок, применением более экономичных упаковочных решений и прочим.

Так, сейчас мы наблюдаем, как многие компании в спешке осуществляют полный переход на работу с локальными поставщиками сырья. В то же время наша компания уже многие годы развивает собственную агропрограмму и практически полностью обеспечивает себя отечественным сырьем. В текущей ситуации это позволило нам существенно минимизировать потери, возникшие из-за разрушения логистических цепочек, и продемонстрировало, что ESG-практики — не просто красивые слова, а основа устойчивого бизнеса.

Поэтому если рассматривать управление бизнесом через призму устойчивого развития, то сейчас на первый план в этой триаде выходят социальные аспекты (S) и аспекты корпоративного управления (G). От качества проработки, адаптации и трансформации этих направлений зависит то, насколько успешно бизнес сможет преодолеть период неопределенности.

Что это означает на практике?

Одной из наиболее важных задач корпоративного управления становится перестройка кросс-функциональных команд. Ранее подавляющее большинство международных компаний имели глобальную иерархию подчинения. Так, например, локальная команда производства подчинялась глобальному производству, локальная команда закупок — глобальному прокьюрменту и т.д.

Теперь эти связи перестраиваются. Локальные команды становятся, по сути, автономными. Все компетенции сейчас должны быть локализованы, и это — абсолютно другой уровень корпоративного управления, требующий повышенной ответственности всех бизнес-функций, готовности топ-менеджмента больше решений принимать на себя и делегировать команде.

Не менее важные задачи призвана решать социальная составляющая бизнес-стратегии — влияние бизнеса на общество. Критическую роль здесь приобретает правильная, четко выверенная коммуникация с разными аудиториями.

С потребителем в широком смысле (внешняя аудитория)

Последние несколько месяцев мы наблюдали за тем, как международные компании разделились на несколько групп: кто-то заявил о своем уходе с российского рынка, кто-то — о приостановке инвестиций. Однако позиции, которая бы устроила абсолютно всех, просто не существует. Поэтому большинство компаний предпочли «информационную тишину», исключающую активную внешнюю корпоративную коммуникацию, — и, кстати, именно они оказались сейчас в наиболее устойчивом положении.

При этом есть ряд тем, которые продолжают волновать широкую аудиторию, говорить о которых нужно и важно. В частности, остается актуальной экологическая повестка. С одной стороны, потребитель все так же озабочен состоянием окружающей среды — загрязнением воды, воздуха, утилизацией отходов — и хотел бы оказать влияние на решение этих проблем. С другой стороны, он, особенно сейчас, стремится получить продукт наивысшего качества за меньшие деньги. Два этих желания приводят его к рациональному потреблению: он отдает предпочтение более долговечным товарам, отказывается от одноразовых вещей, использует вещи повторно.

Эти тенденции должны находить отражение в усилиях бизнеса, направленных на решение экологических проблем. Текущая повестка создает широкое поле возможностей для синергии интересов общества и бизнеса — когда бизнес инициирует экологичные решения, за которыми следует потребитель, или отвечает на запрос общества. Сейчас особенно важно отслеживать интересы потребителей и наблюдать за их изменениями, чтобы своевременно предлагать новые идеи.

Так, например, чуть больше месяца назад мы рассказали о нашем инновационном проекте в области упаковки. Совместно с партнером, одним из лидирующих производителей стеклотары «Сибстекло», мы разработали самую легкую стеклянную бутылку для пивоваренной продукции в России1. Впервые в отрасли нам удалось снизить вес пивной бутылки с текущих 265 граммов до 235 граммов, что сократит объем выбросов CO2 на 10% в пересчете на производство одной единицы. Упаковка предназначена для алкогольного и безалкогольного пива «Старый Мельник из бочонка», бренда с самой продаваемой бутылкой в стране, а серийный выпуск самой легкой пивной стеклобутылки планируется начать до конца 2022 г.

Разработка и презентация результатов проекта стали в том числе подтверждением выполнения нашей компанией взятых на себя обязательств — как с точки зрения позитивного воздействия на окружающую среду, так и в разрезе поддержки локальных поставщиков и вклада в развитие регионов присутствия AB InBev Efes.

С сотрудниками (внутренняя аудитория)

Здесь вектор коммуникации во многом схож с тем подходом, которого мы придерживались в период пандемии. Наши люди — наш самый ценный ресурс, и сейчас каждый из более чем 3500 сотрудников компании в России, безусловно, нуждается в чувстве стабильности, защищенности и уверенности в завтрашнем дне. Мы это прекрасно понимаем и делаем все возможное для обеспечения их финансового и ментального благополучия, продолжая выполнять все социальные и бизнес-обязательства.

Так, в нашей компании действует и ряд программ для сотрудников — например, программа «Получи поддержку», в рамках которой можно бесплатно получить конфиденциальную и квалифицированную помощь юриста, финансового специалиста или психолога. Другая актуальная мера поддержки — это корпоративные медицинские программы. В условиях нестабильной финансово-экономической ситуации, роста цен и падения доходов населения они приобретают особенную значимость. В нашей компании такими инициативами являются бесплатный чекап и платформа благополучия LEON. На платформе сотрудники получают ежедневные советы и рекомендации по улучшению состояния здоровья в виде мини-статей, а также помощь в формировании здоровых привычек.

С государством

Для устойчивого развития бизнеса на волне экономического кризиса в перспективе ближайших трех-пяти лет особую роль приобретает диалог с государством. Импортозамещение, развитие института мер поддержки бизнеса всех размеров и долгосрочные госпрограммы развития целых отраслей — эти процессы требуют вовлеченности и способности смотреть на вещи по-новому как со стороны государства, так и со стороны бизнеса. Новая реальность требует максимально оперативной оценки потенциальных рисков, возможностей и решений. Бизнес должен приходить к стейкхолдерам с готовыми к внедрению предложениями. Сейчас основная цель таких предложений отвечает приоритетам как частных компаний — сохранить рабочие места и объем производства, так и государства — сохранить социальную стабильность и объем поступлений в бюджет. Но при этом увеличивается и важность своевременного отклика государства на запросы бизнеса. Поэтому залогом качественного перехода будут отход от формализма и повышение динамики диалога.

Что дальше?

В феврале 2022 г. агентство «Эксперт РА» провело опрос среди топ-50 управляющих компаний с целью определить, на каком этапе внедрения принципов устойчивого развития находятся участники рынка. Результаты опроса показали, что среди российских компаний сформировались два лагеря: представители бизнеса, которые убеждены в необходимости следования ESG-принципам (65%), и игроки, которые сдержанно комментируют перспективы ESG-трансформации, выделяя в качестве рисков геополитическую ситуацию в мире, отсутствие стимулов для инвесторов, а также слабый интерес к ESG-тематике со стороны российского общества (35%).

При этом последние месяцы компании существуют в условиях постоянно изменяющейся действительности, и те из них, которые изначально обладали сильной ESG-повесткой, оказались в более выигрышном положении. Устойчивые цепочки поставок, наличие локальных партнеров, правильная коммуникация — все то, чему традиционно уделяется внимание в контексте ESG, сейчас стало важным условием для стабильной работы бизнеса.

Разработка эффективной ESG-программы требует сознательных усилий, осуществляемых советом директоров и менеджментом компании. ESG-принципы компании должны позиционироваться как неотъемлемая часть ее ДНК, миссии, ценностей. По­этому крайне важно, чтобы совет директоров и высшее руководство не только контролировали, но и управляли ESG-стратегией компании, приводя ее в полное соответствие с более широкой бизнес-стратегией.

В нашей компании принято говорить: «Sustainability is our business». Задача, объединяющая почти все подразделения компании, — отойти от отдельных проектов, имиджевой составляющей и формата «социальной повинности» и строить бизнес на комплексных принципах ESG. При этом сейчас бизнесу это должно быть и финансово выгодно — так мы закладываем ESG в предпринимательский геном.

Однако важно понимать, что мы до сих пор находимся в процессе постоянной адаптации своей модели управления бизнесом. Какие-то из принятых решений останутся с нами навсегда, а что-то, возможно, продолжит эволюционировать в иную форму, отвечая новым вызовам и изменениям.


1 В портфелях компаний AB InBev Efes и «Сибстекло» для объема 0,45 л.

 

ESG-трансформация

Environmental

Social

Governance

Локализация цепочек поставок

Сохранение человеческого капитала

Перестройка кросс-функциональных команд

Экономически эффективные решения: циркулярная экономика, ответственное потребление, переработка

Разные формы поддержки сотрудников и местных сообществ, фокус на внутренние и внешние коммуникации

Углубление диалога между бизнесом и его заинтересованными сторонами

Климатическая повестка: декарбонизация

Корпоративное волонтерство

Продолжение реализации стратегий и планов по устойчивому развитию

Источник: AB InBev Efes

Комментарий эксперта

Как трансформируется ESG-повестка в вашей компании в связи с текущей геополитической ситуацией?

Кардинально для нас ничего не поменялось. Мы взяли чуть больший фокус на блоки G и S, потому что понимаем значимость и ценность развития социальной повестки в EdTech, и стараемся задавать высокий стандарт качества корпоративного управления. Для компании люди — это самый ценный ресурс, в том числе студенты, сотрудники и партнеры. Нам критически важно продолжать придерживаться принципов устойчивого развития и давать возможность другим развиваться вместе с нами.

Сейчас деление между блоками выглядит примерно так: E=20%, S=40%, G=40%. Как компания, работающая в основном в онлайне, мы оказываем небольшое влияние на экологию, поэтому сместили акцент на человеческий капитал и развитие социальных инициатив: запустили благотворительный проект для фондов и НКО, в котором даем возможность сотрудникам организации обучаться новому и внедрять изменения внутри фондов. Сейчас у нас обучаются более 50 студентов из НКО и фондов, среди них: «Ночлежка», «Такие Дела», «Дети Наши», «Солнечный круг», «Нужна помощь», детский хоспис и другие.

В самой «Нетологии» мы сфокусировались на развитии эмоционального интеллекта сотрудников и работаем над прозрачностью всех проектов и коммуникации. Вся коммуникация стала более поддерживающей и экологичной как внутри компании, так и с партнерами. Например, в компании стали чаще проходить открытые выступления CEO и вся команда чаще рассказывает о том, что сейчас происходит в бизнесе, как мы проходим кризисные ситуации. Также мы запустили проект с поддержкой инициатив сотрудников и их идей, увеличили количество кросс-командных проектов.

Мы знаем, что каждый сотрудник понимает, что происходит с «Нетологией», может прийти с вопросом, получить на него ответ или выступить с инициативой по поддержке бизнеса или окружающей среды.

На текущий момент мы не отказывались от расходов на ESG. Наоборот, мы стараемся инвестировать больше времени и ресурсов, чтобы продвигаться вперед в этом направлении в соответствии со стратегией развития бренда «Нетология».

Комментарий эксперта

Как трансформируется ESG-повестка в вашей компании в связи с текущей геополитической ситуацией?

Сегодня поддержка сотрудников — это, возможно, ключевое направление в ESG, которого должны будут придерживаться российские компании. СИБУР всегда фокусировался на S (social) аспектах. Для нас важно, чтобы у сотрудников были условия для профессионального роста, безопасное рабочее пространство, досуг и комфортная среда в городах, где они живут. В сложные времена еще более ценно, когда бизнес не сворачивает социальные программы, а выступает «надежным плечом». Мы продолжаем реализацию программы социальных инвестиций СИБУРа «Формула хороших дел», которая включает семь направлений развития регионов присутствия компании, и сохраняем запланированные по ней в этом году обязательства.

Экологическая повестка также не теряет своей актуальности, среди причин можно отметить вызовы новых и требования внутреннего рынков, законодательное регулирование. Но фокусы многих российских компаний, безусловно, скорректируются. Например, в углеродной повестке вместо программ CCUS (улавливания и захоронения углерода), которые требуют значительных инвестиций и участия иностранных лицензиаров, будут более актуальны программы по повышению энергоэффективности и лесоклиматические проекты. Так, СИБУР в этом году запустил лесоклиматическую программу «Зеленая формула» в соответствии с целью высадить 5 млн деревьев, которую мы поставили в рамках своей ESG-стратегии до 2025 г.

Реализация стратегии в области устойчивого развития касается и других целей, связанных с экологичностью производства и продукции. Мы видим, что интерес к устойчивой упаковке набирает обороты, поэтому развиваем бренд полимерной продукции Vivilen с содержанием вторичного сырья для пищевого (ПЭТ) и непищевого направления. Таким образом, мы не только вовлекаем пластиковые отходы в переработку, но и предлагаем рынку «зеленое» решение для упаковки своей продукции.

День
Неделя
Месяц