1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 42

Главные правила переговоров о заключении договора: ответственность и добросовестность

В основе любых переговоров лежит обсуждение условий договора, результатом которых является его подписание. Однако на этапе обсуждения могут возникнуть трудности: стороны могут выйти из переговоров на любой стадии. В 2015 г. в законодательство была введена ст. 434.1 ГК РФ. Эта статья регулирует процесс переговоров, а также ответственность за их недобросовестное ведение. Несмотря на появившееся регулирование, в жизни могут возникать разные ситуации, поэтому необходимо иметь представление о том, в каких случаях при переговорах сторона вправе взыскивать убытки и как их избежать. Подробнее о таких случаях — в нашем материале.

Довольно типичной является ситуация, когда стороны, намеревающиеся заключить договор, обсуждают его условия между собой. Как правило, они свободны в проведении переговоров о заключении договора и самостоятельно несут расходы, связанные с их проведением, а также не отвечают за то, что соглашение не достигнуто.

Вместе с этим при проведении переговоров предполагается соблюдение определенных принципов, установленных ст. 434.1 ГК РФ:

  • добросовестность, которая, в частности, подразумевает, что стороны не вступали в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной;

  • ответственность: сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки;

  • соблюдение конфиденциальности полученной информации, если стороны о таковой договорились. В части 4 ст. 434.1 ГК РФ предусмотрено, что в случае, когда в ходе переговоров сторона получила конфиденциальную информацию, то она не должна раскрывать эту информацию и не использовать ее ненадлежащим образом для своих целей независимо от того, будет ли заключен договор.

При нарушении этой обязанности она должна возместить другой стороне убытки, причиненные в результате раскрытия конфиденциальной информации или использования ее для своих целей;

  • возможность заключения соглашения о порядке ведения переговоров. Такое соглашение конкретизирует требования к добросовестному ведению переговоров.

Свобода договора и условия ведения переговоров

Считается, что принцип свободы при проведении переговоров, провозглашенный в ч. 1 ст. 434.1 ГК РФ, универсален. Однако в некоторых случаях в отношении переговоров принцип свободы договора может ограничиваться.

Так, из ч. 1 ст. 434.1 ГК РФ следует, что стороны самостоятельно несут риск того, что переговоры не окончатся заключением договора. В этом случае ни одна из сторон не вправе требовать от другой стороны возмещения понесенных в процессе переговоров расходов в случае их безрезультатности.

Однако из правила ч. 1 ст. 434.1 ГК РФ следуют исключения, предусмотренные в ч. 3 ст. 307 ГК РФ. Стороны должны осуществлять переговоры добросовестно, учитывать права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Кроме этого, в силу ч. 2, 3 ст. 434.1 ГК РФ стороны не должны допускать вступления в переговоры о заключении договора или их продолжения при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной (см. постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 23.10.2020 № Ф04-3384/2020 по делу № А81-7629/2019).

С другой стороны, в случае недостижения по результатам переговоров соглашения есть и дополнительное исключение. Например, когда спор касается требований о незаключенности договора.

Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (ч. 3 ст. 432 ГК РФ).

При этом правило о недопущении вступления в переговоры о заключении договора или их продолжения при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной применяется независимо от того, был ли заключен сторонами договор по результатам переговоров (ч. 7 ст. 434.1 ГК РФ). Это следует из постановлений Президиума ВАС РФ от 18.05.2010 № 1404/10, от 08.02.2011 № 13970/10 и от 04.12.2012 № 11277/12, информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными».

Так, в деле № А57-23936/2018 суд пришел к выводу о том, что в случае наличия спора о незаключенности договора стороны исходят из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной в ст. 10 ГК РФ (см. постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 21.11.2019 № Ф06-53627/2019 по делу № А57-23936/2018).

Добросовестность vs недобросовестность при ведении переговоров

В законодательстве и, соответственно, в судебной практике прослеживается развитие определения добросовестности «от обратного», то есть квалифицируется недобросовестное поведение и необходимость доказывания добросовестности.

Косвенно это подтверждает и Пленум ВС РФ, который предоставляет инструменты для оценки действий сторон — поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. (п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Тогда как в общих случаях к недобросовестному поведению относят:

  • злоупотребление правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ);

  • случаи недобросовестности действий (бездействия) директора (п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Относительно ведения переговоров судебная практика акцентирует внимание на следующих особенностях.

Законодатель рассматривает проявления недобросовестности при проведении переговоров согласно ч. 2 ст. 434.1 ГК РФ как:

1) предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны.

Поведение можно признать недобросовестным и в случае, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Например, в виде предоставления стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны. Внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать, также можно оценить в качестве недобросовестного поведения (см. Определение ВС РФ от 29.01.2020 № 305-ЭС19-19395 по делу № А40-98757/2018);

2) внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.

Например, критерию правомерного выхода из переговоров может соответствовать выход из переговоров в связи с отсутствием согласования сторонами существенных условий. Сторона может указывать на сохранение заинтересованности в совершении сделки на условиях, описанных в оферте (аренда земельных участков). Однако в то же время стороны не смогли согласовать условия по несению расходов по аренде земельных участков (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06.02.2020 № Ф04-6993/2019 по делу № А45-42839/2018).

Дополнительно в п. 30 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 1 (2020) (утв. Президиумом ВС РФ 10.06.2020) в качестве недобросовестного поведения рассматривается поведение, когда лицо вступает в переговоры или продолжает их, хотя оно знает или должно знать, что оно уже не будет заключать договор, по крайней мере, с этим контрагентом.

В этом случае следует установить следующие обстоятельства:

  • ответчик изначально не имел намерения заключать договор;

  • ответчик впоследствии утратил это намерение, но не сообщил об этом своему контрагенту и продолжал создавать видимость намерения заключить договор именно с этим контрагентом (например, запрашивая лучшую цену и иные улучшения оферты, хотя к моменту такого запроса лицо знает или должно знать, что оферта не будет принята ни при каких условиях).

Возмещение другой стороне причиненных убытков

Часть 2 ст. 434.1 ГК РФ предусматривает, что при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно.

Согласно ч. 3 ст. 434.1 ГК РФ сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки.

В этом случае под убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.

Исходя из сущности возмещения убытков, в такой ситуации недобросовестного поведения при проведении переговоров потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с недобросовестным контрагентом (п. 20 постановления Пленума Верховного суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Например, ему могут быть возмещены расходы, понесенные в связи с ведением переговоров, расходы по приготовлению к заключению договора, а также убытки, понесенные в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом (ст. 15, ч. 2 ст. 393, ч. 3 ст. 434.1, абз. 1 ч. 1 ст. 1064 ГК РФ).

В одном из дел, рассмотренных Арбитражным судом Московского округа, была рассмотрена ситуация, когда в процессе переговоров стороны не смогли согласовать условия договора.

Тогда суд установил, что истец, осознавая невозможность со своей стороны заключения договора на согласованных условиях по объему работ, сам отказался от заключения договора письмом, в котором не возлагал вину за это на ответчика. Ответчик не отказывался в одностороннем порядке от заключения договора и не совершал никаких действий, которые могли бы рассматриваться как отказ от заключения договора или прекращение переговоров.

Суд пришел к выводу, что при таких обстоятельствах истец в целях взыскания убытков должен был сам доказать противоправность поведения ответчика причинно-следственную связь между наступлением у истца вреда и поведением ответчика и его вину, как того требует п. 12 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25, ч. 2 ст. 15 ГК РФ (постановление Арбитражного суда Московского округа от 08.10.2018 № Ф05-15789/2018 по делу № А40-180087/2017).

В другом деле суд заключил, что:

  • в целях взыскания убытков в связи с признанием недобросовестного поведения контрагента необходимо (Определение ВС РФ от 29.01.2020 № 305-ЭС19-19395 по делу № А40-98757/2018) установить противоправность поведения ответчика и причинно-следственную связь между его действиями и возникшими у истца убытками (п. 5 и абз. 3 п. 19 постановления Пленума ВС РФ № 7). Такая причинно-следственная связь может быть доказана истцом с разумной степенью достоверности. Бремя доказывания своей добросовестности возлагается на ответчика в случае установления обстоятельств внезапного и неоправданного прекращения переговоров о заключении договора при обстоятельствах, во время которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать;

  • не является недобросовестным умолчание о параллельных переговорах, а также отсутствие предложения заключить сделку на условиях, предложенных другим контрагентом. Однако если стороны переговоров заключили соглашение о порядке ведения переговоров, которое предусматривает условие об эксклюзивности переговоров только с одним контрагентом, и впоследствии выяснится, что контрагент нарушил его либо допустил обман другой стороны, то такие действия будут недобросовестными.

Основанием для взыскания убытков может стать также затянутость переговоров. Части 2 и 3 ст. 434.1 ГК РФ не предусматривают, что сторона вправе прекратить переговоры при затянутости процесса или при заключении сделки с другим лицом на более выгодных условиях.

Например, в деле № А47-88/2019 суд пришел к выводу о том, что единственное, что позволяет стороне выйти из переговоров (прекратить переговоры) без возмещения убытков, — это добросовестное поведение этой стороны.

Из этого следует, что «чем дольше длятся переговоры о заключении договора, тем выше ожидания сторон, что договор будет заключен, а критерии правомерного выхода из таких переговоров должны быть более обоснованными с учетом времени и затрат сторон на такие длительные переговоры» (см. Определение Верховного суда РФ от 14.05.2020 № 309-ЭС20-6116).

Таким образом, при установлении недобросовестного поведения стороны суд может оценивать не только доказательства добросовестности, но и обстоятельства дела, характер и последствия такого поведения, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (п. 3 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 1 (2018), утвержденного Президиумом ВС РФ 28.03.2018).

Заключение соглашения о порядке ведения переговоров

В части 5 ст. 434.1 ГК РФ предусмотрено заключение сторонами соглашения о порядке ведения переговоров. В нем можно:

  • конкретизировать требования к добросовестному ведению переговоров;

  • установить порядок распределения расходов на ведение переговоров и иные подобные права и обязанности;

  • предусмотреть неустойку за нарушение предусмотренных в нем положений.

В то же время стоит учитывать, что условия соглашения о порядке ведения переговоров, ограничивающие ответственность за недобросовестные действия сторон соглашения, могут быть признаны ничтожными.

К заключению соглашения о ведении переговоров может приравниваться и подача заявки для участия в конкурсе, и принятие условий его проведения (см. постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 22.03.2019 № Ф06-44326/2019 по делу № А12-26239/2018).

Например, в деле № А29-2851/2019 суд, рассматривая спор общества к казенному учреждению о взыскании денежных средств, удерживаемых в качестве обеспечительного платежа, перечисленного обществом в качестве обеспечения заявки на участие в аукционе, квалифицировал подачу участником заявки для участия в конкурсе как свидетельство принятия им условий, содержащихся в конкурсной документации. А значит, заключение между заказчиком и участником соглашения можно рассматривать как соглашение о ведении переговоров (ч. 1, 2 ст. 434, ч. 1 ст. 433, ст. 435, ч. 3 ст. 438 ГК РФ).

Согласно ч. 5 ст. 434.1 ГК РФ такое соглашение в том числе может устанавливать меры ответственности за нарушение предусмотренных в нем положений (см. постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 24.01.2020 № Ф01-7450/2019).