1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1437

ВС РФ разрешил взыскивать неустойку за часть периода просрочки, а затем и неустойку за дальнейшую просрочку исполнения требования

Сразу два вывода ВС РФ сделал при рассмотрении одного дела. Так, недействительность договора на оказание юридических услуг не означает, что недействительной является и доверенность, выданная сотруднику юридической компании. А если истец уже истребовал неустойку, то он может требовать ее также и за следующий период в рамках нового иска.

Карточка дела

Реквизиты судебного акта

Определение ВС РФ от 19.09.2019 № 305-ЭС19-7706 по делу № А40-100224/2018

Истец

ООО «Охранная фирма „Ермак и Ко“»

Ответчик

АО «ИСК „Союз-Сети”»

Суть дела

ООО «Охранная фирма „Ермак и Ко“» (далее — исполнитель) оказывало услуги по охране объекта АО «Инженерно-строительная компания „Союз-Сети“» (далее — заказчик). Поскольку заказчик не оплатил оказанные услуги, исполнитель подал иск в суд и взыскал 1 млн руб. задолженности и 278 000 руб. неустойки по состоянию на 31.08.2016 (дело № А40-185342/16). Заказчик выплатил деньги с большой задержкой — только 12.09.2017. В связи с этим исполнитель подал еще один иск — о взыскании неустойки за период с 01.09.2016 по 12.09.2017.

Позиция судов

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении искового требования исполнителя. Он исходил из того, что с 18.01.2016 исполнитель прекратил охранять объект, заказчик принял объект без замечаний по акту. Это было установлено судом еще по первому делу (дело № А40-185342/16) и не подлежало повторному доказыванию. Таким образом, обязанность заказчика по оплате охранных услуг прекратилась с 18.01.2016. При этом договорное условие об уплате неустойки за нарушение обязательств по оплате охранных услуг прекратило действие одновременно с действием договора. Значит, заказчик не обязан платить начисленную в дальнейшем неустойку за просрочку оплаты охранных услуг. По мнению суда, исполнитель мог заявить только требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму не погашенной заказчиком задолженности (ст. 395 ГК РФ). Разъяснения п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» не применяются в данном случае, поскольку задолженность, возникшая до расторжения договора, уже была взыскана вступившим в законную силу решением суда и не являлась предметом рассмотрения в рамках этого спора.

Цитируем документ

Если к моменту расторжения договора, исполняемого по частям, поставленные товары, выполненные работы, оказанные услуги, в том числе по ведению чужого дела (по договору комиссии, доверительного управления и т.п.), не были оплачены, то взыскание задолженности осуществляется согласно условиям расторгнутого договора и положениям закона, регулирующим соответствующие обязательства. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (п. 3 и 4 ст. 425 ГК РФ).

Пункт 10 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»

Суд апелляционной инстанции поддержал позицию суда первой инстанции и оставил его решение без изменения.

Кассация отменила судебные акты нижестоящих инстанций. Она указала, что суды должны были прекратить производство по делу ввиду тождественности исков. Исполнитель уже выиграл дело по иску о взыскании долга и неустойки (дело № А40-185342/16). То есть исполнитель изначально имел субъективное право на взыскание с заказчика всей неустойки, начисленной по состоянию на дату фактического исполнения обязательства по основному долгу. Несмотря на это, он реализовал это право лишь в части, потребовав уплаты неустойки, рассчитанной на конкретную дату.

Но в итоге суд кассационной инстанции принял решение не о прекращении производства по делу, а об оставлении искового заявления без рассмотрения. Он решил, что исковое заявление было подписано лицом, не имеющим полномочий действовать от имени общества (исполнителя) на дату его подачи. Дело в том, что исковое заявление было подписано 03.05.2018 представителем истца — гражданином З. и подано в Арбитражный суд г. Москвы 08.05.2018. В то же время соглашение на оказание юридических услуг по данному спору было заключено между исполнителем (истцом) и представителем З. лишь 06.08.2018. При этом подписанное 26.04.2018 соглашение между исполнителем (истцом) и ООО «Центр Правовых Инноваций», учредителем которого являлся З., на оказание юридической помощи по данному спору, а также все выданные на основании данного соглашения поручения и доверенности являлись ничтожными, поскольку согласно сведениям из ЕГРЮЛ правоспособность ООО «Центр Правовых Инноваций» была прекращена еще 05.10.2015.

Позиция ВС РФ

СКЭС ВС РФ отменила судебные акты нижестоящих инстанций и направила дело на новое рассмотрение.

Вторая кассация отметила, что исковое заявление подписал и подал гражданин З., действовавший на основании доверенности от 12.09.2017 от имени общества (исполнителя). Доверенность была подписана директором общества, заверена печатью и выдана сроком на три года. Из содержания этой доверенности следовало, что общество уполномочило З. представлять исполнителя во всех судебных учреждениях (в том числе и в арбитражных судах), на всех стадиях судебного процесса, со всеми правами и обязанностями, какие предоставлены законом РФ представителю, включая право на подписание и подачу искового заявления. Доверенность не содержала сведений о том, что она выдана на основании соглашений, на которые сослался кассационный суд, и, кроме того, она была выдана ранее этих соглашений.

Не было оснований полагать, что З. являлся неуполномоченным на подписание искового заявления, поданного им от имени общества. Таким образом, недействительность соглашения об оказании юридических услуг, заключенного между клиентом и юридической компанией, не ведет к недействительности доверенности, выданной клиентом сотруднику юридической компании.

Также судебная коллегия не согласилась с выводами судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии у истца права требовать от ответчика уплаты неустойки и с выводами суда округа о тождественности требований по данному делу и по первому делу (дело № А40-185342/2016).

СКЭС ВС РФ указала, что истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). В данном случае суд при рассмотрении первого дела установил факт надлежащего оказания истцом услуг по договору за период с 01.09.2015 по 17.01.2016, а также неоплаты ответчиком оказанных услуг. Обязательство по оплате оказанных услуг заказчик исполнил в полном объеме только 12.09.2017. Следовательно, обязательство заказчика по оплате прекратилось 12.09.2017 и до этой даты истец вправе был начислить неустойку, поэтому соответствующее требование истца являлось правомерным. Поскольку в этом деле истец заявил требование о взыскании неустойки за иной период, чем в деле № А40-185342/2016, выводы кассационного суда о тождественности исков являются ошибочными. Тем самым ВС РФ разрешил дробить иски о взыскании неустойки на разные периоды в случае невыплаты задолженности должником.