1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 90

Договор присоединения: как слабой стороне избавиться от навязанных условий?

Ключевой характеристикой договора присоединения является невозможность одной стороны вносить изменения в договор, предложенный другой стороной. С учетом этой особенности законодатель наделяет слабую сторону правом потребовать изменения или расторжения договора присоединения, если его условия являются для нее обременительными. О том, как складывается судебная практика по оспариванию обременительных условий и какие нюансы стоит учитывать слабой стороне, обращающейся за расторжением или изменением договора на основании ст. 428 ГК РФ в суд, читайте в материале.

Согласно ст. 428 Гражданского кодекса РФ договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Чем же отличается договор присоединения, например, от публичной оферты или публичного договора? Для ясного понимания данной юридической конструкции попробуем установить некоторые особенности договора присоединения. В силу п. 2 ст. 437 ГК РФ публичной офертой признается предложение, содержащее все существенные условия договора, из которого усматривается воля лица, делающего предложение, заключить договор на указанных в предложении условиях с любым, кто отзовется на предложение.

Публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.) (ч. 1 ст. 426 ГК РФ).

Многие публичные договоры заключаются на основании публичной оферты, однако не всякий договор, заключаемый посредством публичной оферты, можно признать публичным договором (во многом это связано с субъектным составом и предметом заключаемого договора). И не всякий публичный договор заключается посредством публичной оферты. К примеру, договоры энергоснабжения, газоснабжения предполагают предварительное установление наличия у потребителя технических возможностей для заключения соответствующего договора, что объективно исключает возможность заключения договора путем акцепта оферты.

Таким образом, отличительными признаками публичного договора являются вид организации (коммерческая), характер оказываемых ею услуг, сроки и способ приобретения товаров покупателем у продавца, а также наличие безусловной возможности обращения к такой организации заранее не ограниченного круга лиц (потребителей).

Вместе с тем договор присоединения не всегда является публичным (реализуемые услуги, работы или товары не должны осуществляться в отношении каждого обратившегося) и не всегда является публичной офертой (заключается не с каждым обратившимся).

Для договора присоединения законодателем установлены два характерных признака:

  • условия договора должны быть определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах;

  • такие условия могут быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

При отсутствии одного из указанных признаков договор нельзя назвать договором присоединения.

Таким образом, квалифицирующим признаком договора присоединения является то, что единственным способом его заключения является безоговорочное и полное согласие с его условиями. При этом законодатель не установил в ст. 428 ГК РФ каких-либо требований относительно формы договора присоединения.

На практике далеко не всегда возможно с легкостью распознать договор присоединения, отграничив его от смежных правовых конструкций. В связи с подобными трудностями суды нередко отказывают в применении ст. 428 ГК РФ, полагая, что оспариваемый договор не является договором присоединения.

Яркими примерами договоров присоединения являются различные правила страхования, правила выдачи кредитов, правила выдачи микрозаймов, правила предоставления различных коммунальных услуг, договоры об оказании услуг связи и т.п. Все подобные документы являются стандартными формулярами, не подлежат какому-либо согласованию и принимаются слабой стороной без оговорок.

Возможность изменения или расторжения договора присоединения

В соответствии с п. 2 ст. 428 ГК РФ присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она, исходя из своих разумно понимаемых интересов, не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Как мы видим, законодателем выделено три возможных причины для расторжения или изменения договора присоединения:

  • если договор лишает слабую сторону прав, которые обычно предполагаются при заключении договоров подобного вида;

  • если договор исключает или ограничивает ответственность сильной стороны;

  • если договор содержит другие явно несправедливые условия.

С первыми двумя причинами, пожалуй, все понятно. При этом представляется целесообразным разобраться, что понимается под несправедливыми (другими явно обременительными) условиями.

Как отмечается в п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее — Постановление № 16), в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения п. 2 ст. 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

Таким образом, в понятие несправедливых условий договора заложены следующие признаки: обременительность для одной из сторон и существенное нарушение баланса интересов сторон, а также то, что одна из сторон фактически не могла повлиять на согласование условий договора. Для признания условия несправедливым должны иметь место оба признака.

В силу п. 10 Постановления № 16 при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.

Правила, аналогичные изложенным в п. 2 ст. 428 ГК РФ, подлежат применению также при заключении договоров, хотя не являющихся договорами присоединения, однако условия которых определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (п. 3 ст. 428 ГК РФ).

От теории к практике

В теории, конечно, все складывается как нельзя лучше для слабой стороны. Как правило, в качестве такой стороны выступают физические лица, в частности потребители. Вместе с тем следует учитывать, что далеко не к каждому договору суды применяют положения ст. 428 ГК РФ.

В частности, понятно, что в большинстве случаев при заключении кредитного договора или договора страхования заемщик (страхователь) не может повлиять на банк или страховщика. Фактически в данном случае согласовываются только конкретные условия, касающиеся сделки (сроки, ставки, ответственность заемщика (страхователя) и т.п.), остальные же условия, касающиеся обязательств банка (страховщика), практически всегда остаются неизменными.

Несмотря на очевидность данных фактов, суды не спешат применять положения ст. 428 ГК РФ к кредитным и иным подобным договорам. В частности, в подобных спорах суды приходят к распространенному выводу, что сам по себе факт схожести условий кредитного договора с заключенными банком договорами с иными заемщиками не свидетельствует о наличии достаточных признаков договора присоединения.

При предоставлении кредитов заемщикам — юридическим лицам — банк перед заключением кредитных договоров в каждом случае согласовывает условия, которые будут отражены в договоре с заемщиками, в том числе сумму кредита, процентную ставку по кредиту, условия предоставления денежных средств, срок действия кредита, перечень обеспечительных обязательств и пр.

Примеры из практики

В постановлении от 24.11.2015 № 09АП-46802/2015 по делу № А40-81676/2015 Девятый арбитражный апелляционный суд отмечает, что каждый кредитный договор, в том числе его существенные условия, различны в каждом конкретном случае. Исходя из изложенного, кредитный договор не может быть признан договором присоединения.

В Апелляционном определении от 12.02.2018 по делу № 33-2683/2018 Московский городской суд сделал вывод о невозможности расторжения договоров поручительства, поскольку их условия носят индивидуальный характер как относительно основного обязательства, во исполнение которого дается поручительство, так и в отношении самого поручительства; данные условия не определены в формулярах и не выражены в стандартных формах.

Похожий вывод делает Санкт-Петербургский городской суд в Апелляционном определении от 23.01.2018 № 33-433/2018 по делу № 2-1526/2017. В частности, разъяснения суда сводятся к следующему: само по себе заключение кредитного договора на предложенных банком условиях еще не свидетельствует о нарушении прав ответчика как потребителя при его заключении. Доказательств того, что предложенные банком условия кредитования лишали ответчика таких прав, которые обычно предоставляются кредитными организациями, либо содержали положения, которые являлись для заемщика обременительными, материалы дела не содержат. В случае неприемлемости условий кредитного договора ответчик не был ограничен в своем волеизъявлении и вправе был не принимать на себя указанные обязательства.

Похожие выводы можно увидеть в многочисленной судебной практике (см., например, апелляционные определения Санкт-Петербургского городского суда от 26.12.2017 № 33-26304/2017 по делу № 2-5370/2017, Пермского краевого суда от 23.08.2017 по делу № 33-8987/2017, от 12.12.2016 по делу № 33-15093/2016, постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2018 № 01АП-2740/2018 по делу № А43-9467/2017).

Иногда встречается и противоположная судебная практика, которая, однако, скорее исключение, чем закономерность.

Пример из практики

В постановлении от 20.01.2016 № 20АП-6742/2015 по делу № А68-6520/2015 Двадцатый арбитражный апелляционный суд разъяснил, что в рассматриваемом случае по своей природе кредитный договор являлся договором присоединения (ст. 428 ГК РФ): кредитный договор являлся типовым, то есть договор содержал одинаковые условия для всех заемщиков данного банка; условия договора были разработаны банком в одностороннем порядке и принимались гражданами не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом, возможность вносить изменения в кредитный договор у потребителя отсутствовала.

Как подготовить доказательства

Практически все судебные акты содержат следующие формулировки: «заявитель не представил доказательств своего несогласия с условиями договора при заключении», «доказательств наличия у истца стремления внести изменения в оспариваемое условие договора суду не представлено» или «при заключении договора истец не был лишен возможности заявить о своем несогласии с его условиями, доказательств обратного суду не представлено», «истец не доказал, что условия договора являются явно обременительными для него».

Иными словами, суды приходят к выводу, что истец должен доказать:

  • наличие явно обременительных для него условий в договоре;

  • невозможность влиять на условия договора при его заключении.

Представляется, что доказательства, связанные с отсутствием возможности влиять на условия договора, могут выражаться в каких-либо письмах, протоколах, возражениях, направляемых сильной стороне до заключения договора. Возможно, судом будут приняты во внимание и дальнейшие действия, связанные с несогласием слабой стороны, происходящие в течение некоторого времени после заключения договора. Данное обстоятельство также может косвенно подтверждаться наличием других однотипных договоров с другими контрагентами.

Например, в информационном письме от 13.09.2011 № 147 Президиум ВАС РФ приводит дело, в котором при заключении кредитного договора предприниматель предлагал банку изложить часть пунктов договора (в том числе оспариваемых пунктов) в иной редакции, чем та, которая была предложена ему банком для подписания. Однако предпринимателю в этом было отказано со ссылкой на внутренние правила, утвержденные председателем правления банка, не допускающие внесения в проект кредитного договора изменений по сравнению с разработанной и утвержденной формой договора в случае, если предметом договора является типовой кредитный продукт, к числу которых сам банк отнес и кредиты, выдаваемые малым предпринимателям для целей пополнения оборотных средств. Поэтому договор был заключен на условиях банка.

На этом основании суд пришел к выводу, что у предпринимателя отсутствовала фактическая возможность влиять на содержание условий кредитного договора, поэтому он принял условия кредита путем присоединения к предложенному договору в целом, в том числе с учетом оспариваемых условий. Следовательно, к спорному договору могут быть по аналогии закона (ст. 6 ГК РФ) применены положения п. 2 ст. 428 ГК РФ. При этом тот факт, что в договоре имелись и условия, согласованные сторонами индивидуально (сумма кредита, сроки возврата и т.п.), не препятствует применению п. 2 ст. 428 ГК РФ к тем положениям кредитного договора, в отношении которых заемщик был вынужден принимать навязанные ему условия.

При этом суд признал, что положения кредитного договора, об исключении которых просил истец, содержат явно обременительные условия для присоединившейся стороны, которые она, исходя из своих разумно понимаемых интересов, не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора. Спорные положения договора не соответствуют принципу добросовестности в коммерческой деятельности, они явно обременительны для заемщика, поэтому существенным образом нарушают баланс интересов сторон кредитного договора, так как предоставляют кредитору возможность в одностороннем порядке изменять согласованные сторонами условия договора, которые являются существенными для договоров такого вида. Суд также отметил, что в договоре не предусмотрена возможность заемщика, несогласного с изменением условий кредитования, без согласия кредитора досрочно возвратить кредит на прежних условиях и тем самым прекратить отношения с банком. Напротив, досрочный возврат кредита по инициативе заемщика договором запрещен.

Таким образом, чтобы требование об изменении или расторжении договора в порядке ст. 428 ГК РФ было удовлетворено судом, слабой стороне важно иметь доказательства своего несогласия с условиями, навязываемыми сильной стороной.

Если говорить о второй группе доказательств, касающихся явно обременительного характера договора, то тут целесообразно исходить из соотношения стандартных условий (императивных норм), общепринятых ставок и т.п. Подобный критерий является оценочным и устанавливается судом в каждой конкретной ситуации.

***

Анализ текущей ситуации в практике применения положений ст. 428 ГК РФ убедительно доказывает, что хотя законодателем и созданы предпосылки для защиты слабой стороны договора, однако они в полной мере не обеспечивают такую защиту. В частности, в большинстве случаев суды отказывают в удовлетворении исков об изменении (расторжении) договора в порядке ст. 428 ГК РФ, ссылаясь на отсутствие доказательств обременительности условий и доказательств невозможности повлиять на эти условия на этапе заключения договора.

В связи с этим заранее подготовленные доказательства имеют очень важное значение для данной категории дел. Если слабая сторона понимает, что при заключении договора на нее оказывается существенное воздействие (за счет финансового, организационного, административного, юридического или иного превосходства контрагента), то этой стороне целесообразно выдвинуть какие-то возражения против изначально навязываемых невыгодных условий.

Если подобное несогласие не будет изъявлено на этапе заключения договора, то, вероятнее всего, слабая сторона не сможет рассчитывать на изменение или расторжение договора в порядке ст. 428 ГК РФ.

Остается надеяться, что в будущем правоприменительная практика в данном направлении примет более положительный характер в отношении слабой стороны и позволит уменьшить количество случаев злоупотребления со стороны контрагентов-монополистов и других крупных участников экономических правоотношений.

Принять к сведению

Особенности банковского вклада

В постановлении Конституционного суда РФ от 23.02.99 № 4-П прямо указывается, что договор срочного банковского вклада с гражданами (п. 2 ст. 834 ГК РФ) относится к договорам присоединения, имеющим публичный характер, условия которого в соответствии с п. 1 ст. 428 ГК РФ определяются банком в стандартных формах.

При этом Конституционный суд делает вывод, что в таком договоре граждане-вкладчики лишены возможности влиять на содержание договора, что является ограничением свободы договора и как таковое требует соблюдения принципа соразмерности, в силу которой гражданин как экономически слабая сторона в этих правоотношениях нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора и для другой стороны, то есть для банков.