1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 134

Яна Золоева: «Передача юридической функции в общий центр обслуживания позволяет не только повысить качество юридической поддержки, обеспечив применение единых методологических стандартов, но и существенно снизить расходы компании»

Интервью провела Александра ХАВИНА, «ЭЖ-Юрист»
Яна Золоева, управляющий партнер компании Pwc Legal

Оказывая широчайший спектр консалтинговых и аудиторских услуг и тесно сотрудничая с компаниями из самых разных сфер бизнеса, фирмы «большой четверки» имеют возможность детально проанализировать рынок юруслуг, работу и функционал юридических департаментов разных компаний и рассказать о перспективах и тенденциях в сфере правового сопровождения бизнеса. «ЭЖ-Юрист» встретилась с Яной Золоевой, управляющим партнером компании PwC Legal, чтобы обсудить, как на работу «ильфов» влияют и могут повлиять политические инициативы (санкции и грядущая адвокатская монополия), каковы тенденции рынка юруслуг в России и в мире, а также перспективы и проблемы автоматизации юридической функции в компании.

«ЭЖ-Юрист»: Яна Олеговна, юридические фирмы с иностранным участием на российском рынке, так называемые «ильфы», испытывают трудности, связанные с экономическим кризисом на рынке и режимом санкций в отношении России. Затрудняют ли работу юристов PwC санкции против России? Есть ли необходимость с кем-то согласовывать клиентов и кейсы? Изменился ли состав вашего портфеля клиентов за время действия санкций?

Яна Золоева: Во-первых, хотела бы немного рассказать про то, как структурирована юридическая фирма PwC Legal и международная сеть PwC, а потом уже подробнее остановиться на теме санкций.

Юридические подразделения сети фирм «большой четверки» в последнее время стали играть на международном рынке юридических услуг все более важную роль. Клиенты давно не ждут от юристов-консультантов только юридических советов, им нужны готовые бизнес-решения. В этом смысле компании «большой четверки» лучше снабжены международными и отраслевыми экспертами по широкому кругу бизнес-вопросов как в отдельно взятой локальной стране, так и в целом по миру. Сегодня международная сеть фирм PwC объединяет более 236 000 специалистов из 158 стран мира. Юридическая фирма PwC Legal в России входит в международную сеть юридических фирм PwC с очень широким покрытием: у нас более 3200 юристов в более 90 странах мира. Сегодня мы готовы предоставить нашим клиентам лучшие бизнес-решения, учитывающие налоговые, финансовые, ИТ, технологические и другие риски. Традиционным юридическим фирмам сегодня сложно обеспечивать такой уровень оперативного вовлечения экспертов из разных сфер деятельности в проекты клиентов.

Теперь что касается санкций. Затрудняют ли работу юристов PwC санкции против России? Да, санкции, конечно, затронули часть наших клиентов, в том числе осуществление ими определенной деятельности. В случае возникновения каких-либо вопросов, касающихся санкций, мы как часть большой международной сети фирм обязаны действовать в соответствии с нашими международными и локальными политиками и процедурами. Стандарты и процедуры риск-менеджмента играют серьезную роль в нашей компании, каждая фирма сети обязана неукоснительно им следовать. В компаниях PwC в России существует детальный процесс, регулирующий порядок заключения договоров с клиентами и оказания каждой конкретной услуги. После введения санкций, в отношении проектов и клиентов, которые потенциально могут быть ими затронуты, этот процесс был дополнен детальным анализом объема услуг и определением состава команды.

Несмотря на усложнение ряда внутренних риск-менеджмент-процедур, мы не можем сказать, что санкции существенно изменили состав нашего портфеля клиентов. У компаний PwC в России диверцифицированный портфель клиентов, который подвержен ротации. Сейчас нашей стратегической целью не только в России, но и в мире стали компании среднего бизнеса, которые имеют большой потенциал роста.

«ЭЖ-Юрист»: На внутреннем рынке обсуждается реформа юридического бизнеса. Вызывают ли у вас опасения предлагаемые авторами ее концепции меры, в частности, запрет на оказание юридических услуг лицами, не имеющими статуса адвоката? И с какой позиции вы участвуете в ее обсуждении: «рульфа» или «ильфа»?

Я. З.: Наши опасения связаны с тем, насколько резко будет осуществляться предлагаемая трансформация и как будет организован процесс получения статуса адвоката.

Если отвлечься от политической составляющей, можно заметить, что в мире есть страны, где правовая помощь как в суде, так и в виде консультаций может осуществляться только адвокатами. Например, в Центральной и Восточной Европе подобные правила действуют в таких странах, как Польша и Румыния. В этих странах наши юристы не могут быть сотрудниками офиса, а входят в адвокатские бюро.

В качестве основной цели реформы декларируется повышение качества юридических услуг. Но у меня есть сомнения в том, что абсолютно все адвокаты оказывают услуги качественно. Авторы концепции реформы сами на это указывают, приводя статистку. Регулирование, направленное на повышение качества оказания юридических услуг, конечно, необходимо, но хотелось бы, чтобы оно включало прозрачные правила допуска на рынок и поддерживало конкуренцию.

«ЭЖ-Юрист»: На протяжении уже четырех лет вы проводите в России исследование «Бенчмаркинг юридической функции компаний». Какие тренды вам удалось выявить у российских инхаусов?

Я. З.: На протяжении последних четырех лет одним из ключевых трендов является сокращение расходов компаний на юридическую поддержку. В первую очередь это коснулось расходов на внешних консультантов, которые за последние годы максимально сокращены. Теперь компании переходят к сокращению внутренних расходов юридических департаментов, но предпочитают делать это не за счет увольнений — сокращения персонала незначительны, а за счет стандартизации и автоматизации процессов.

Внутренняя экономия начинается обычно со стандартизации и автоматизации. Рутинные процессы, такие, например, как управление доверенностями, активами, сводятся в единую базу и потом полностью автоматизируются. Компании активно автоматизируют договорную и претензионно-исковую работу. Это позволяет высвобождать внутренние ресурсы юридического департамента (например, юристы анализируют только нестандартные договоры) и самостоятельно осуществлять всю или часть той работы, которая ранее передавалась внешним консультантам.

Другим ключевым трендом является централизация юридической функции компаний. Ранее обычным делом была децентрализованная структура, при которой наряду с корпоративным центром с высококвалифицированными юристами были сформированы юридические подразделения в регионах, с которыми был слабо развит обмен информацией и качество работы которых было неравномерно и не соответствовало уровню корпоративного центра. В результате в регионах могли проигрываться споры, концептуально важные для компании в целом, или заключаться сделки с существенными юридическими рисками. Централизация юридической функции и вынесение ее в общий центр обслуживания (ОЦО) становится трендом на рынке, как это уже произошло ранее с бухгалтерской функцией, налоговой функцией, казначейством и рядом других поддерживающих функций. Мы начали предлагать централизацию юридической функции и вынесение ее в ОЦО на российском рынке в 2006—2007 гг., но тогда это еще не было широко востребовано. Если юридическая функция даже выносилась в общий центр, на местах все равно «прорастали» юристы, которых нанимали в непрофильные подразделения для консультирования бизнес-подразделений.

Но теперь, когда даже коллеги из соседних кабинетов благодаря современным средствам коммуникации предпочитают не заходить друг к другу, а связываться через мессенджеры, потребность в личном общении становится меньше. Руководители компаний уже готовы к вынесению юридической функции в ОЦО, тем более что их можно располагать в регионах, где сотрудники той же квалификации и аренда офиса обойдутся компании намного дешевле, чем в Москве. Таким образом, передача юридической функции в ОЦО позволяет не только повысить качество юридической поддержки, обеспечив применение единых методологических стандартов, но и существенно снизить расходы компании на юридическую поддержку.

«ЭЖ-Юрист»: Какие тенденции организации юридической функции заметны на мировом рынке?

Я. З.: За пределами России бизнес давно действует в условиях жесткой конкуренции и необходимости постоянного снижения расходов. Поэтому юридические службы даже в крупных международных компаниях насчитывают обычно не более нескольких десятков человек.

Западные компании привыкли работать с консультантами, выделяют на это большие бюджеты и практически всю правовую работу отдают на аутсорсинг юридическим фирмам. Зачем компании реального сектора держать дорогостоящих юристов по слияниям и поглощениям, если такого рода сделки у них происходят раз в год? Тем более что без постоянной практики они просто потеряют квалификацию.

На аутсорсинг выносится даже договорная работа — через так называемый контрактный менеджмент, который позволяет управлять рисками нарушения обязательств в масштабных проектах, включающих множество связанных контрактов. Наш лондонский офис уже давно предлагает такую услугу, и мы тоже начинаем активно продвигать ее для российских клиентов. Более того, мы планируем разработать собственный комплексный программный продукт для автоматизации ряда юридических процессов (договорная работа, выдача доверенностей, управление активами и др.), поскольку среди существующих на рынке программных продуктов не нашли тот, который полностью удовлетворял потребностям наших клиентов. В результате мы приглашаем на работу в юридическое подразделении PwC в России специалистов по ИТ. Юристы будут работать над проектами вместе с ИТ-специалистами, что так же является передовой мировой тенденцией.

Кстати, своими мыслями о тенденциях в налоговой и юридической сферах с недавних пор мы стали делиться в нашем Telegram-канале PwCTaxPro.

«ЭЖ-Юрист»: Что действительно возможно и эффективно автоматизировать в юридической функции предприятия?

Я. З.: Наше исследование «Юристы в эпоху диджитализации» показало, что в большинстве компаний автоматизированы договорная работа, работа с юридической базой знаний, согласование и выдача доверенностей. В ближайшее время большинство юридических департаментов планирует автоматизацию претензионно-исковой работы и процесса управления задачами. При этом инхаус-юристы отмечают, что предложения провайдеров не в полной мере соответствуют их требованиям и большинство решений не позволяет автоматизировать сразу несколько процессов или вообще все процессы.

Абсолютное большинство компаний (76%) привлекают внешних провайдеров для автоматизации юридических процессов. Это либо специальные legal tech решения для автоматизации юридических процессов, либо система электронного документооборота с доработками для юридического департамента. По данным нашего исследования, почти 80% компаний запланировали автоматизацию на ближайшие один-два года.

Наша справка

«Большой четверкой» называют четыре крупнейших в мире компании, предоставляющие аудиторские и консалтинговые услуги:

  • PwC (PricewaterhouseCoopers);

  • Deloitte Touche Tohmatsu;

  • EY (Ernst & Young);

  • KPMG.

Когда-то крупнейших аудиторских фирм было восемь, и назывались они «большая восьмерка». После слияния Deloitte, Haskins and Sells с Touche Ross и Ernst & Whinney с Arthur Young, а чуть позже — слияния Price Waterhouse с Coopers & Lybrand и прекращения существования компании Arthur Andersen в связи с массовым уходом клиентов «восьмерка» стала «четверкой».