1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 129

Аналитики заверяют: дефицит картофеля нам не грозит, повышение цены нас не страшит

В очередном «Мониторинге экономической ситуации в России» (подготовлен экспертами Института Гайдара, РАНХиГС, Минэкономразвития России), разбирается и ситуация с производством и обеспечением населения картофелем. Специалисты полагают, что не оправданы звучавшие в последнее время разного рода тревожные заявления по этой теме. Без картошки не останемся.

Так начинают главу о картофеле авторы исследования: «Появившиеся в конце 2017 — начале 2018 г. сообщения о сокращении производства картофеля в РФ и значительном росте его импорта не отражают реальной картины. Производство картофеля остается на среднем многолетнем уровне. Цены на картофель, несмотря на некоторый рост, остаются низкими».

В самом деле, не так давно ЦБ РФ указал в своем обзоре, что производство овощей и картофеля уменьшилось (на 1 ноября 2017 г.), что «может привести к сезонному сокращению предложения дешевой отечественной продукции». А в январе 2018 г. о проблемах с картофелем заявила на своем заседании Счетная палата: «По итогам Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 г., зафиксировавшей сокращение за последние десять лет посевной площади под картофелем…, объемы производства картофеля могут быть сокращены, что может отрицательным образом отразиться на уровне самообеспеченности Российской Федерации».

В это же русло ложится информация Росстата об импорте картофеля. Так, в 2018 г. и в январе — октябре 2017 г. он составил 196% от уровня 2016 г.

Не надо паниковать

В связи с этим авторы мониторинга отмечают несколько моментов.

Во-первых, сокращение производства овощей и картофеля в 2017 г. не является критическим. В 2013 г., например, производство действительно упало, но дефицита картофеля не было. Валовой сбор картофеля в 2017 г. вполне укладывается в ряд средних (по пятилеткам) данных.

Во-вторых, рост импорта в 2017 г. не является поводом для беспокойства. Действительно, в январе — октябре 2017 г. ввоз картофеля, по оперативным данным Росстата, по сравнению с аналогичным периодом 2016 г. составил 196%. Однако этот рост выглядел значительным лишь на фоне резкого сокращения импорта в 2016 г., когда завоз составил лишь 50% относительно 2015 г.

А сами объемы импорта настолько малы относительно внутреннего производства, что его вряд ли можно брать в расчет — сальдо импорта-экспорта к производству в России только в отдельные годы превышает 3%. А в 2016 г. (последний год, по которому имеется вся статистическая информация) этот показатель составил 1,4%.

Ввозят не потому, что своего картофеля мало, и не потому, что нет хранилищ, как утверждают многие. Ввозят продукт, которого в данный момент в России нет, а именно — молодой картофель. Основные поставщики — Египет, Израиль. Так, за январь — март 2017 г. в Россию ввезли 42 тыс. т картофеля, а за январь — июнь — уже 521 тыс. т. Это молодой картофель, причем по высокой цене. И его станут ввозить независимо от объемов внутреннего производства, просто благодаря наличию платежеспособного спроса. Увеличение ввоза в 2017 г. объясняется ростом розничных продаж, которые до этого с августа 2014 г. ежегодно падали. В 2017 г. платежеспособный спрос стал расти на фоне укрепления рубля.

В-третьих, необходимо оценить реальный масштаб и характер зависимости снабжения от производства в хозяйствах населения. Действительно, по данным Росстата (до публикации результатов Всероссийской сельскохозяйственной переписи — ВСХП-2016) на долю хозяйств населения в 2016 г. приходилось 77,9% валового производства картофеля. Если площадь посевов, выявленная в ходе ВСХП-2016, отличается от декларированной Росстатом почти в 1,7 раза, то может показаться, что страна столкнется с проблемой обеспечения населения картофелем. Однако для окончательных выводов нужно учесть, что хозяйства населения — плохо наблюдаемый сектор экономики. Ежегодные данные о площадях посевов передавались в Росстат из так называемых похозяйственных книг поселений. В них информация заносится на основе добровольно сообщаемых гражданами сведений о площади посевов на 1 июля. При этом граждане часто завышают площадь посева, чтобы у них не отобрали пустующие участки. Важно то, что настороженное отношение опрашиваемых к ВСХП связано также с тем, что по ее результатам могут быть приняты решения об изменении режима налогообложения доходов в хозяйствах населения. При этом живы воспоминания об обложении налогом яблонь, кустов смородины и т.п. Очевидно, что в связи с этим люди могут, напротив, занижать площадь посевов, чтобы не создавать стимулов для введения новых налогов. Таким образом, реальные площади могут быть и выше.

Аналогичные проблемы, напоминают авторы мониторинга, были выявлены и в ходе ВСХП-2006: по данным Росстата, площадь посевов в хозяйствах населения была 2744 тыс. га, а по переписи — 1887 тыс. га, или на треть меньше. Тогда Росстат поступил радикально: он пересчитал и площади, и валовой сбор не только за 2006 г., но и за предшествующие десять лет. В итоге расхождения между тем, что было опубликовано в справочниках до 2007 г. включительно, и тем, что стали публиковать позднее, по одним и тем же годам достигали 30%.

Эти пересчеты «назад в прошлое» по площадям и производству должны были привести и к пересчету объемов потребления картофеля. Но этого не произошло, поскольку потребление в домохозяйствах определяется по выборочным обследованиям.

Сколько мы едим картошки

Нет ясности и с тем, говорится в мониторинге, сколько картофеля потребляется населением. Существует «Баланс ресурсов и использования картофеля по Российской Федерации» (Росстат), в котором выделены объемы личного потребления. С учетом численности населения это дает потребление картофеля на одного человека в год. Но есть и выборочные обследования бюджетов домашних хозяйств. Эти источники демонстрируют принципиально разную картину потребления: по обследованиям бюджетов, в семьях потребляют картофеля почти в два раза меньше, чем выходит по продовольственному балансу.

Можно предположить, что 60 кг картофеля в год — заниженная цифра, так как люди питаются и вне семьи. Однако бюджетные обследования показывают, что на питание вне семьи уходит менее 9% общих расходов на питание, при этом доля картофеля в расходах на питание составляет от 0,7% в самых бедных семьях до 0,2% в наиболее обеспеченных. Росстат в «балансах» указывает объем личного потребления в 15—16 млн т картофеля. Если согласиться с тем, что в семьях его ели столько, сколько отражено в результатах обследования, а 4 млн человек питались еще вне семей и съедали «остаток», то получится, что каждый из 4 млн человек съел 1,25 т картофеля в год, что явно нереально. Так что правомерным является вопрос: а были ли эти 15—16 млн т личного потребления, которые показывал Росстат?

Если исходить из того, что ВСХП-2016 отразила или лишь немного занизила фактическое производство в хозяйствах населения, то нужно пересматривать данные продовольственного баланса, вычищая эту несуществующую продукцию. При этом на рынке будет достаточно картофеля, и даже при абсолютно неумеренном потреблении, описанном выше, для личного потребления в стране нужно не 15—16 млн т, а 11,3 млн т.

Нет никакой зависимости от импорта

Эксперты развенчивают миф про зависимость от импорта. Они пишут: «Если соотнести объемы производства картофеля, объявленные Минсельхозом (29,6 млн т), а также данные Росстата об импорте за январь — октябрь (544 тыс. т) или объявленном, но не опубликованном официально импорте (772 тыс. т), то видно, что картофеля в стране достаточно. Эти объемы импорта и производства находятся в обычном диапазоне».

Далее ученые делают важный вывод. Картофель служит хорошим примером, полагают они, для того, чтобы продемонстрировать несостоятельность подхода к измерению продовольственной безопасности через коэффициент — долю импортной продукции в товарных запасах розничной торговли, что предписывает делать Доктрина продовольственной безопасности РФ.

Авторы исследования сообщают, что через розничную торговлю реализуется обычно от 31—36% потребленного для личных целей картофеля (если считать по балансу картофеля) до 58—68% (если считать по бюджетным обследованиям). Лишь в 2015 г., неблагоприятном с точки зрения доходов населения, доля была выше. Если импортозависимость считать только от товарных запасов в рознице, то она окажется завышенной, так как не учитывается огромный объем картофеля, который потребляют те, кто его выращивают. Если предположить, что в 2017 г. съели не больше, чем в 2016 г., а производственное потребление, потери и экспорт не увеличились относительно 2016 г., то даже по балансу картофеля импортозависимость составит 2—3%. Можно обсуждать импортозависимость только в контексте семенного картофеля, но это уже другая тема.

Кому может быть выгодна ложная паника

Авторы мониторинга заключают свою работу разговором про цены. Цены на картофель растут, констатируют они, но картофель — очень дешевый продукт. По мнению ученых, для участников продовольственной цепочки есть большой соблазн цену увеличить. Потребительская цена, сообщается в мониторинге, превышает цену производителя более чем в два раза. Все дешевые продукты — картофель, некоторые овощи, особенно лук, — имеют большую надбавку к цене производителя, чем мясные, молочные и многие другие.

Далее авторы мониторинга предупреждают, что переход производства картофеля в товарные хозяйства ведет к росту расходов на специализированную технику, импортные препараты и удобрения. «Все это либо импортное, либо российское, но ориентированное на экспорт (удобрения). Соответственно, себестоимость производства зависит от курса рубля и «аппетитов» поставщиков. Как показало исследование Росстата, соотношение цен производителей и ресурсов для производства — самое неблагоприятное именно в картофелеводстве. Если в среднем по сельскому хозяйству в 2016 г. оно составляло 99,5%, то для картофелеводов — 72,6%. По мере переоснащения хозяйств и внедрения новых технологий будут расти урожайность и снижаться стоимость единицы продукции, но, если учитывать соотношение цен, для картофелеводов это будет тяжелый период», — резюмируют исследователи.

Пока же рост цен на картофель весной и ранним летом 2017 г. связан с поставкой молодого и более дорогого картофеля, в том числе из Египта и Израиля. Цена стала снижаться в июле с появлением молодого российского картофеля. Цена картофеля в декабре 2016 г. была ниже средней цены 2013 г.

Объявления о том, что в России могут быть проблемы с картофелем, могли спровоцировать рост цен. Тем не менее российский картофель абсолютно конкурентен: по данным ОЭСР, в 2016 г. цены российских производителей были ниже в 1,6 раза, чем цена ближайшего потенциального поставщика за пределами ЕАЭС. И даже в рамках ЕАЭС — белорусского картофеля.

В период падения доходов значение картофеля растет. Потребление более дорогих продуктов сокращалось, потребители переходили на дешевые, в том числе те, которые могли сами вырастить.

В стоимости основных продуктов питания, потребленных в домашних хозяйствах, доля картофеля — 1,8% (2016 г.). В связи с этим даже значительное повышение цен на картофель способно привести лишь к незначительному удорожанию продовольственного набора.

Итог доклада такой: «Предположение о росте инфляции весной за счет импорта картофеля из-за недобора урожая в 2017 г., на наш взгляд, не выдерживает критики. В товарной структуре оборота розничной торговли он занимает только 0,4%, если пересчитать долю в продовольственных товарах, включая алкоголь и табак, то получится около 0,7%».

Динамика импорта картофеля свежего и охлажденного, январь — октябрь 2015—2017 гг.


Январь — октябрь

Год

тыс. т

% к предыдущему периоду

тыс. т

% к предыдущему периоду

2017

544

196,2

772

105

2016

276

50,8

737

79

2015

543

80,1

928

89

Источник: Росстат, справки по оперативным вопросам

Среднегодовые цены на картофель, руб./кг


Среднегодовые цены

Соотношение потребительских цен с ценами производителей сельскохозяйственной продукции, %

потребительские

производителей сельскохозяйственной продукции

2012

16,92

7,64

221,5

2013

23,58

9,45

249,5

2014

28,02

12,90

217,2

2015

28,17

13,20

213,4

2016

21,95

10,25

214,1

Источник: Росстат

Стоимость основных продуктов питания, потребленных в домашних хозяйствах в 2016 г. в среднем на одного члена домашнего хозяйства в месяц, руб.


2015

2016

Хлебные продукты

783,2

860,3

Картофель

127,5

109,7

Овощи и бахчевые

574,3

621,6

Фрукты и ягоды

528,7

581,2

Мясо и мясопродукты

1664,8

1753,5

Молоко и молочные продукты

838,4

921,2

Яйца

100,8

108,6

Рыба и рыбопродукты

375,2

414,2

Сахар и кондитерские изделия

356,8

394,4

Масло растительное и другие жиры

81,2

93,9

Источник: Росстат.