1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 15

Небезупречный запрет

Постановлением Пленума ВС РФ от 24.05.2016 № 23 «О внесении изменений в отдельные Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам» высший орган правосудия нашего государства изменил редакцию п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 10.02.2009 № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации». Данное изменение, с одной стороны, довольно четкое, и идея его понятна. С другой стороны, представляется, мягко говоря, небезупречным.

Недостаточно однозначно

В абзаце 2 п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 10.02.2009 № 1 теперь отмечено: «Не подлежат обжалованию в порядке статьи 125 УПК РФ решения и действия (бездействие) должностных лиц, полномочия которых не связаны с осуществлением уголовного преследования в досудебном производстве по уголовному делу (например, прокурора, осуществляющего надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия или поддерживающего государственное обвинение в суде, начальника следственного изолятора)».

Данное изменение редакции искомого разъяснения, с одной стороны, довольно четкое, и идея его понятна. С другой стороны, оно представляется, мягко говоря, небезупречным. Речь идет об установленном Пленумом Верховного Суда РФ запрете принимать к рассмотрению в порядке ст. 125 УПК РФ жалобы не только на решения и действия, но и на бездействие прокурора, осуществляющего надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия. А именно так и только так может быть истолковано вышеуказанное «уточнение» высшего органа правосудия нашего государства.

Законодатель неоднократно в УПК РФ указывает на то, что надзирающий за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия прокурор осуществляет уголовное преследования (функцию уголовного преследования). В части 1 ст. 21 УПК РФ прямо закреплено, что прокурор осуществляет уголовное преследование от имени государства по уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения.

В соответствии с п. 55 ст. 5 УПК РФ уголовное преследование – это процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления. Исходя из содержания п. 45 ст. 5 УПК РФ сторона обвинения осуществляет уголовное преследование. А пункт 47 той же статьи относит прокурора к стороне обвинения. Причем именно с него начинает перечень субъектов уголовного процесса, составляющих искомый круг участников уголовного процесса. И это не исчерпывающий перечень уголовно-процессуальных норм, свидетельствующих об осуществлении надзирающим прокурором уголовного преследования.

Пленум Верховного Суда РФ, несмотря на вышеуказанные обстоятельства, назвал прокурора первым среди должностных лиц, полномочия которых не связаны с осуществлением уголовного преследования в досудебном производстве по уголовному делу. Уже одно это обстоятельство наводит на мысль, что Пленум Верховного Суда РФ в анализируемом абзаце недостаточно однозначно выразил свою мысль. Полагаем, он хотел указать на то, что прокурор, осуществляющий надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия, помимо надзора реализует еще и уголовное преследование. По крайней мере, именно это следует из буквального толкования ч. 1 ст. 37 УПК РФ.

И когда решения и действия (бездействие) прокурора совершенно не связаны с осуществлением уголовного преследования в досудебном производстве по уголовному делу, жалобы на последние (на решения и др.) не могут быть рассмотрены и соответственно разрешены в порядке ст. 125 УПК РФ.

Другое дело, что в большинстве случаев одно и то же решение (действие) прокурора одновременно направлено, с одной стороны, на уголовное преследование, с другой – на осуществление надзора за исполнением законов органами, осуществляющими дознание или предварительное следствие. Жалобы на подобного рода решения (действия, бездействия) могут быть рассмотрены в порядке ст. 125 УПК РФ. Причем не могут быть рассмотрены судом жалобы лишь на те решения (действия, бездействие) прокурора, которые, безусловно, не связаны с осуществлением уголовного преследования, однако способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию. Если есть хоть малейшая вероятность того, что решения (действия, бездействие) прокурора все же связаны с его функцией уголовного преследования, – это не тот случай, о котором идет речь в новой редакции абз. 2 п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 10.02.2009 № 1.

Заблуждение прокуроров на местах

Мы, несомненно, понимаем, что может быть и иной подход к разграничению осуществляемого прокурором уголовного преследования и надзора за исполнением законов органами, осуществляющими дознание и предварительное следствие. В части 1 ст. 37 УПК РФ указано, что прокурор является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной УПК РФ, «осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия».

Данное обстоятельство может быть расценено как полное и безусловное разделение функций прокурора: на досудебных стадиях он осуществляет надзор за исполнением законов органами, осуществляющими дознание и предварительное следствие, а на судебных стадиях может осуществлять уголовное преследование.

Иначе говоря, на досудебных стадиях, какое бы решение (действие, бездействие) прокурор ни принял (совершил), уголовное преследование он не осуществляет, и поэтому суд в порядке ст. 125 УПК РФ не имеет права рассмотреть и разрешить жалобу на его решение (действие, бездействие), пусть оно и способно причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию. А решение (действие, бездействие), в свою очередь, принятое (осуществленное) прокурором на судебной стадии, не может быть обжаловано в порядке ст. 125 УПК РФ, так как названная процедура предусмотрена для рассмотрения и разрешения лишь жалобы на решения (действия, бездействие), принятые (осуществленные) на досудебных стадиях. Именно поэтому высший орган правосудия нашего государства и отмечал всегда, что не подлежат обжалованию в порядке ст. 125 УПК РФ решения и действия (бездействие) прокурора, поддерживающего государственное обвинение в суде.

Более того, полагаем, что именно так (буквально) в большинстве случаев и станут толковать прокуроры новую редакцию абз. 2 п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 10.02.2009 № 1. Почему же мы высказываем иное мнение? Да потому что, во-первых, оно имеет право на существование. Во-вторых, оно не противоречит основной идее, сформулированной Пленумом Верховного Суда РФ в указанном абзаце Постановления. Трудно признать не связанным с осуществлением уголовного преследования в досудебном производстве по уголовному делу, к примеру, предусмотренное ч. 1 ст. 214 УПК РФ решение прокурора об отмене постановления дознавателя о прекращении уголовного преследования (уголовного дела) и о возобновлении производства по уголовному делу.

И, наконец, в-третьих, наша точка зрения в большей степени соответствует той идее, которая закреплена в ч. 1 ст. 125 УПК РФ, и, что еще важнее, – в ч. 1 и 2 ст. 46 Конституции РФ. В Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Тем более когда они способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию. И это правило прямо закреплено в законе. Новая же редакция абз. 2 п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 10.02.2009 № 1 может привести к полной ликвидации возможности обжалования в суд решений (действий и, главное, бездействия) прокурора, которые не только незаконны и (или) необоснованны, а, более того, направлены на уголовное преследование.

В связи с этим правоприменителю хочется напомнить, что Конституционный Суд РФ в свое время разъяснил, что факт уголовного преследования и, следовательно, направленная против конкретного лица обвинительная деятельность могут подтверждаться, к примеру, актом о возбуждении в отношении данного лица уголовного дела, проведением в отношении него следственных действий (обыска, опознания, допроса и др.) и иными мерами, предпринимаемыми в целях его изобличения или свидетельствующими о наличии подозрений против него (в частности, разъяснением в соответствии с ч. 1 ст. 51 Конституции РФ права не давать показаний против себя самого (Постановление КС РФ от 27.06.2000 № 11-П ).

Реализация (отказ от таковой) многих из предусмотренных ст. 37 УПК РФ полномочий прокурора могут, с одной стороны, существенно затронуть права и (или) свободы участника уголовного процесса, а с другой – свидетельствовать о наличии подозрений против этого субъекта. Жалоба на любое из таких решений (действий, бездействий) прокурора, когда оно способно причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, полагаем, должна быть принята судом к рассмотрению в порядке ст. 125 УПК РФ.

Обжаловать можно

И не противоречит такому подходу новый абзац п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 10.02.2009 № 1, где разъяснено, «если лицо не согласно с постановлением прокурора или руководителя следственного органа, вынесенным в соответствии со статьей 124 УПК РФ, то предметом судебного обжалования выступает не сам по себе отказ прокурора или руководителя следственного органа в удовлетворении обращения лица, а непосредственно те действия (бездействие) и решения органов дознания, их должностных лиц или следователя, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию».

Данное правило касается лишь случаев рассмотрения прокурором (руководителем следственного органа) жалоб на решения (действия, бездействие) «органов дознания, их должностных лиц или следователя».

Тем не менее прокурор (руководитель следственного органа) может реализовывать свои полномочия и по собственной инициативе. В этом случае, по меньшей мере, его решения (действия, бездействие), имеющие по обоснованному (аргументированному в жалобе) мнению участника уголовного процесса обвинительную направленность (свидетельствующие о наличии подозрений против заявителя или доверителя), способные причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, должны быть приняты судом к рассмотрению в порядке ст. 125 УПК РФ.

И предметом судебного рассмотрения («судебного обжалования») в этом случае может стать не только решение (действие, бездействие) следователя (дознавателя и др.), но и (или) решение (действие, бездействие) прокурора (руководителя следственного органа).