1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1472

При обращении взыскания на имущественное право в порядке исполнительного производства замена должника недопустима

Обязанность принципала погасить долг нельзя переложить на агента, даже если убытки возникли из-за действий последнего. Также нельзя наказать агента за неисполнение такой обязанности. К этому выводу пришел ВС РФ в Определении от 06.11.2015 № 301-ЭС15-6372 по делу № А31-4495/2014.

Суть дела

Поставщик тепловой энергии и горячей воды (далее — взыскатель, истец) на объекты теплопотребления — многоквартирные жилые дома обратился в суд с иском к управляющей компании (далее — должник, управляющая компания) в связи с тем, что последняя не производила оплату в полном объеме. Выиграв дело и получив исполнительный лист, взыскатель направил его в отдел Федеральной службы судебных приставов РФ.

Судебный пристав — исполнитель возбудил исполнительное производство в отношении общества-должника о взыскании с него денежных средств в пользу взыскателя. Однако выяснилось: у должника отсутствуют денежные средства на расчетных счетах в банках и имущество, за счет которых можно было бы произвести исполнение. Однако судебный пристав — исполнитель также обнаружил, что должнику принадлежит имущественное право из агентского договора с третьим лицом — расчетным центром. По соглашению между должником и расчетным центром (далее также — агент, ответчик) последний должен был получать плату от собственников жилых помещений за оказанные принципалом услуги и ежедневно перечислять поступившие денежные средства принципалу. Судебный пристав — исполнитель обратил взыскание на указанное имущественное право. Расчетному центру была вменена обязанность перечислять 60% денежных средств, причитающихся должнику в соответствии с агентским договором, на расчетный счет службы судебных приставов до погашения имеющейся задолженности. Агент указанное требование не исполнил, напротив, вместо этого по указанию должника передал все полученные средства сторонним лицам. Взыскатель посчитал, что действия расчетного центра причинили ему убытки, и обратился в суд, требуя от агента возместить их.

Судебное разбирательство

Суд первой инстанции иск взыскателя удовлетворил.

По мнению расчетного центра, агент был не вправе игнорировать указания принципала, потому что в таком случае действия агента не соответствовали бы условиям заключенного договора. Также ответчик обратил внимание суда на тот факт, что исполнительное производство в настоящее время не окончено и возможность взыскать денежные средства с должника еще есть. Но суд не согласился с доводами представителя расчетного центра. Законные требования судебного пристава — исполнителя обязательны и подлежат неукоснительному исполнению (п. 1 ст. 6 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», далее — Закон № 229-ФЗ). Расчетный центр должен был перечислить 60% полученных по агентскому договору средств на счет службы судебных приставов, но своей обязанности не исполнил. Кроме того, он совершил противоправные действия, перечислив полученные денежные средства сторонним лицам по указанию должника, чем причинил убытки взыскателю. Суд признал доказанным наличие убытков и взыскал их с ответчика.

В апелляции решение было отменено. Для применения мер гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения и вину причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, доказанность размера ущерба (ст. 15, 16, 1064 ГК РФ). Суд первой инстанции не учел, что исполнительное производство в отношении должника не было прекращено и истец не использовал все меры, предусмотренные Законом № 229-ФЗ. Следовательно, нельзя было говорить об утрате реальной возможности взыскать убытки с должника из-за действий его агента.

Кроме того, истец не доказал, что у должника в будущем не появится возможность перечислить денежные средства в счет погашения требований взыскателя. Должник также не находится в стадии ликвидации либо банкротства. Таким образом, истец не доказал весь состав элементов, необходимых для возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков. Сумма, взыскиваемая истцом, не являлась убытками для него, поскольку исполнительное производство не было завершено, а значит, истец имел возможность получить долг с должника.

Суд округа отменил апелляционное определение и оставил в силе решение суда первой инстанции. Вывод об отсутствии причинно-следственной связи между утратой денежных средств принципала, причитающихся ему по агентскому договору, и незаконным уклонением расчетного центра от выполнения требования судебного пристава — исполнителя суд признал ошибочным. Агент был обязан перечислить денежные средства, из которых могли быть удовлетворены требования истца. Таким образом, незаконное бездействие расчетного центра причинило взыскателю убытки.

Ссылку апелляционной инстанции на неоконченность исполнительного производства суд округа также посчитал необоснованной, поскольку суд первой инстанции установил, что ни должник, ни ответчик не представили в материалы дела доказательства, свидетельствующие о том, что имеется реальная возможность удовлетворить требования взыскателя в рамках исполнительного производства. Данный вывод суд апелляционной инстанции не опроверг: он был сделан в том числе на основании представленных судебным приставом — исполнителем документов, подтверждающих, что у должника отсутствуют соответствующие денежные средства и имущество для выполнения требований взыскателя.

Позиция верховного суда

ВС РФ отменил решение суда первой инстанции и постановление суда округа, оставив в силе постановление апелляционного арбитражного суда.

Суды первой и кассационной инстанций (далее — суды) пришли к выводу, что убытки истца возникли в результате деликта, совершенного ответчиком, который причинил вред взыскателю тем, что не исполнил требование судебного пристава — исполнителя. Однако, признавая расчетный центр лицом, ответственным за причинение убытков, суды не дали должной правовой оценки спорным правоотношениям и не установили всех условий, необходимых для привлечения ответчика к деликтной ответственности. Так, суды посчитали, что противоправность действий ответчика выражается в неисполнении постановления судебного пристава — исполнителя. Однако не учли, что исполнительное производство, в рамках которого это постановление было вынесено, возбуждалось в отношении должника на основании исполнительных листов о взыскании с него денежной суммы в пользу истца как взыскателя. Ответчик должником по указанному исполнительному производству не являлся.

Взыскателем признается гражданин или организация, в пользу или в интересах которых выдан исполнительный документ. Должником является гражданин или организация, обязанные по исполнительному документу совершить определенные действия (передать денежные средства и иное имущество, исполнить иные обязанности или запреты) (ч. 3 ст. 49 Закон № 229-ФЗ). Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ (далее — Судебная коллегия) подтвердила, что при наложении взыскания на имущественные права должника (право получения денежных средств по агентскому договору) судебный пристав — исполнитель обоснованно руководствовался положениями Закона № 229-ФЗ. В данном случае он принимал во внимание тот факт, что на счет должника могут поступить денежные средства от ответчика, с помощью которых возможно будет исполнить обязанности должника перед взыскателем. Норма Закона № 229-ФЗ, позволяющая наложить взыскание на имущественное право должника, направлена на расширение мер принудительного исполнения судебных актов, в том числе за счет указанных прав. Вместе с тем эта мера не позволяет заменить самого должника в исполнительном производстве на другое лицо, которое станет ответственным за исполнение судебных актов о взыскании с должника денежной суммы. Истец же связывал причинение вреда с неисполнением принятых в его пользу судебных актов. Таким образом, если нельзя заменить в исполнительном производстве должника на расчетный центр, то и агент не мог причинить истцу вред (в размере долга принципала-должника перед взыскателем) своими действиями.

Приняв во внимание, что исполнительное производство не было завершено, а должник не находится на стадии ликвидации или банкротства, Судебная коллегия согласилась с выводом суда апелляционной инстанции о том, что судебным приставом — исполнителем не исчерпаны все предусмотренные Законом № 229-ФЗ меры, направленные на взыскание задолженности с должника.

Таким образом, оснований признавать ответчика лицом, причинившим вред истцу, у судов не имелось. Кроме того, при рассмотрении дела не было доказано наличие свей совокупности условий для привлечения агента к деликтной ответственности.