1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 2312

«Газпром» перед выбором

Известное высказывание Форда-старшего: «Что выгодно „Форду“ – то выгодно и Америке» применительно к современной российской действительности легко перефразируется: «Что выгодно „Газпрому“ – то выгодно и России». И пусть всякое сравнение хромает, оно не лишено смысла.

«Газпром» – Еврокомиссия: зачем третий?

В отличие от сугубо частного американского автоконцерна, жёстко конкурирующего с аналогичными компаниями в США и других странах, «Газпром» – открытое акционерное общество с контрольным пакетом у государства, созданное в начале 1990-х годов путём преобразования из советского Министерства газовой промышленности, – безусловный монополист на российском внутреннем рынке. Это сказывается и на его внешнеэкономической деятельности, где способность жёстко, но цивилизованно конкурировать является необходимым условием и неотъемлемой чертой бизнес-поведения.

Не будем забывать, что «Газпром» несёт на себе нелёгкое бремя политически и социально значимых госзаказов и обязательств перед обществом. С этим связаны различные преференции и льготы (кажущиеся зачастую непосвящённому большинству россиян излишними и необоснованными), раздражающе растущие тарифы на газ для населения и юридических лиц, немалая спонсорская помощь и благотворительность и т.д.

Однако всё это не может заслонить того очевидного факта, что «Газпром» является одним из крупнейших глобальных субъектов экономических отношений – и в России, и за рубежом. А потому, успешно воплощая в реальность утверждение, что «политика есть концентрированное выражение экономики», компания обязана помнить об экономической целесообразности.

Предпринятое Еврокомиссией антимонопольное расследование в отношении «Газпрома» стало логичным результатом не вчера возникших разногласий между газовым гигантом и Европой. Согласно требованиям Третьего энергетического пакета компаниям запрещается заниматься и продажей, и транспортировкой газа. Активы нужно разделить или передать управление транспортными сетями и хранилищами независимому оператору, это должно облегчить поставщикам доступ к инфраструктуре и увеличить количество игроков на рынке (www.vedomosti.ru, 20 сентября 2012 г.). Игнорирование европейских законов и претензий Еврокомиссии укрепляет монопольное положение «Газпрома» на европейском рынке.

Среди наиболее раздражающих факторов нельзя не отметить, что и 30-процентные различия цен на газ, поставляемый в страны Евросоюза. Представители «Газпрома» не особо скрывают наличие политической составляющей в ценообразовании и уверены, что «действия Еврокомиссии можно расценивать как давление с целью повлиять на цены на газ» («Независимая газета», 13 сентября 2012 г.).

С одной стороны, государство действительно не может оставаться безучастным к событиям, происходящим вокруг своей крупнейшей монополии. «Газпром» является крупнейшим налогоплательщиком и валютным экспортёром, поддерживает уровень внутренних цен ниже мирового (естественно при господдержке – прямые дотации, льготные кредиты и налоги, прочие преференции). С другой стороны, это противоречит законам рынка, ибо компания недополучает прибыль. К тому же (в сравнении с другими) высоки издержки по добыче газа, его транспортировке на значительные расстояния, да и сопутствующие потери нельзя не учитывать. С учётом вышесказанного, это традиционно ставит «Газпром» в непростое положение с точки зрения конкурентоспособности и иных показателей экономической эффективности.

Так что Указ Владимира Путина «О мерах по защите интересов Российской Федерации при осуществлении российскими юридическими лицами внешнеэкономической деятельности» от 11 сентября 2012 года вполне логичен и не стал большой неожиданностью. Но нет оснований расслабляться и уповать на адвокатские возможности административного ресурса самого высокого уровня – полностью наверняка не сработает.

Насколько обосновано участие третьей стороны (специального правительственного органа) в возникшем споре и других подобных конфликтов в будущем, мнения комментаторов и специалистов разделились. Одни считают указ неадекватной реакцией на происходящее, компрометирующим «Газпром» как рыночную структуру и даже наносящим ему имиджевый ущерб. Другие видят в этом решимость власти защитить «национальное достояние» от происков конкурентов, а претензии Еврокомиссии рассматривают как реакцию на достижения «Газпрома» в Европе.

Насколько обоснованно участие третьей стороны (специального правительственного органа) в возникшем споре и других подобных конфликтах в будущем, мнения комментаторов и специалистов разделились. Одни считают указ неадекватной реакцией на происходящее, компрометирующим «Газпром» как рыночную структуру и даже наносящим ему имиджевый ущерб. Другие видят в этом решимость власти защитить «национальное достояние» от происков конкурентов, а претензии Еврокомиссии рассматривают как следствие достижений «Газпрома» в Европе.

Напомним, «Газпром» с прибылью около 44,5 млрд долл. занял первое место в рейтинге журнала Forbes самых прибыльных компаний мира по итогам 2011 г. Правда, уже в 1-м полугодии 2012 г. чистая прибыль снизилась почти на 22% по сравнению с 1-м полугодием 2011 г., а экспорт сократился почти на 18%, в том числе в Европу – на 13% (там же).

Еще один признак проблем с эффективностью – повышение цены на газ внутри страны с неизбежным (?) доведением их до уровня мировых. Об этом же говорит глава Федеральной антимонопольной службы Игорь Артемьев, считая «Газпром» «неэффективной компанией с достаточным количеством денег», которой необходимо «навести порядок в своём хозяйстве». Существует и не лишённая оснований версия, что «концерн не настроен на максимизацию прибыли акционеров, а действует в интересах ограниченного списка лиц».

Диапазон рекомендаций широк: от традиционной возможности кадровых решений с заменой руководства концерна и чисткой менеджмента до изменений в стратегии деятельности монополии с учётом необратимо меняющихся обстоятельств, в частности, роста альтернативного газпромовскому предложения газа на фоне общего снижения спроса и необходимости повышения налогового бремени (там же).

Не секрет, что на Западе не всем по душе инвестирование «Газпрома» в континентальную инфраструктуру, постепенное проникновение в распределительные сети, хранилища, электроэнергетику, участие в других проектах с европейскими партнёрами. Концерн поставляет газ конечным потребителям в Великобритании, Франции, Чехии и Италии, владеет долями в распределительных компаниях Германии, Австрии, Болгарии, Финляндии, Греции, Сербии и Турции (www.vedomosti.ru, 18 сентября 2012 г.).

Как известно, всякое действие вызывает соответствующее противодействие. В возникшем конфликте у каждой стороны есть свои резоны. Нельзя допустить ситуацию, сходную с известной русской забавой «стенка на стенку». Необходим взвешенный подход к переговорному процессу. С учётом интересов долгосрочного взаимовыгодного сотрудничества с европейскими потребителями, вполне возможен поиск компромисса по ценам в обмен на сохранение или увеличение объёмов поставок, расширение участия в европейской инфраструктуре и т.д. И не уповать при этом на административный ресурс самого высокого уровня – вряд ли сработает.

Евразийские мотивы (немного истории)

В статье пятилетней давности «Геостратегическое разделение „Газпрома“» (http://www.novopol.ru/text28047.html) мы уже рассматривали разногласия, возникшие в ту пору между «Газпромом» и Евросоюзом, оживлённо обсуждавшим реформирование своего энергетического хозяйства. Обратили внимание на некоторые евразийские особенности России и сформулировали отдельные предложения. Уже тогда «Газпрому» как крупнейшему поставщику энергоресурсов в рамках антимонопольной политики Еврокомиссия предлагала создать независимые структуры, специализирующиеся соответственно на транспортировке газа и его продажах. Мировой экономический кризис лишь на время отодвинул вопрос, не сняв его с повестки дня.

А между тем дело обстоит гораздо серьёзнее: узкоспециальная, по сути, проблема соответствия происходящим в европейской экономике, и в частности в энергетике, процессам реструктуризации и интеграции применительно к России приобретает геостратегический характер. По той причине, что не только наша страна, крупнейшая в мире по территории, расположена на двух континентах и принадлежит Европе и Азии, не только российское общество исторически вобрало в себя в качестве неотъемлемых составляющих существенные европейские и азиатские черты, но и «Газпром» фактически является трансконтинентальной компанией.

В связи с этим дискуссии о российском евразийстве вполне могут разгореться с новой силой. Тема корнями уходит в глубь веков, причины, её порождающие, – политические, экономические, национально-культурные – хорошо известны.

Беда в другом – в сохраняющейся категоричности нашего мышления: да – нет, или – или, чёрное – белое. Мы любим или ненавидим, возносим до небес или роняем на землю, безудержно хвалим или проклинаем и предаём забвению. Если в обществе начнётся обсуждение, будет разниться и риторика: от державно-патриотической до либерально-рыночной, от полного неприятия позиции Еврокомиссии и следующих отсюда необходимых преобразований до безоговорочной её поддержки. Но экономический прагматизм в данном случае требует не «либо – либо», а «и – и».

Между прочим, такой подход сразу позволяет высветить важные компоненты грамотной стратегии цивилизационного развития России, общий смысл которой сводится к следующему. Облик европейской части страны (западнее Уральских гор) формируется и будет формироваться под заметным внешним влиянием Европы. Напротив, для всестороннего развития территорий к востоку от Урала необходимо использовать усиливающееся воздействие крупных азиатских соседей (прежде всего Китая и Японии), а также учитывать близость Казахстана, других азиатских республик.

Отметим попутно любопытный факт: многие виды азиатских единоборств основаны не на лобовом сопротивлении, а на гармоничном встраивании в первоначальную траекторию силового воздействия соперника с последующим её изменением в нужном направлении, приводящим к успеху, то есть с использованием в своих интересах. Разве не поучительно?

В долгосрочном (стратегическогом) плане внешние факторы российского взаимодействия и с Европой, и с Азией объективно значимы и должны быть использованы в полном соответствии с объективными интересами и нашей страны, и наших партнёров. Взаимное влияние (тактических) внутренних факторов более динамично, подвижно и зависит от «места событий». Оно максимально в приграничных районах и постепенно снижается по мере удаления от границ. Но в любом российском регионе необходимо учитывать баланс векторов влияния и их направленность.

Отсюда следует, что мы обязаны выработать такую экономическую политику, которая стимулировала бы взаимодействие Европы и Азии через Россию как коридор между двумя континентами, как мост между двумя цивилизациями. Демонстрируя Европе, что Россия сполна владеет традициями и мировоззрением азиатских партнёров. Убеждая Азию, что Россия – европейская страна и лучше многих деловых европейских партнёров понимает азиатский менталитет. И всё это благодаря исторически сформировавшимся европейским и азиатским корням, уникальной евразийской идентичности.

Очевидный пример – Калининградская область, развитие которой определяется не только внутренней российской поддержкой, но и близостью и взаимодействием с европейскими соседями.

А вот на Дальнем Востоке отдельные, даже очень правильные решения не могут заменить отсутствие государственной стратегии развития, обоснованных, систематических действий на перспективу. Не на год, два и даже не на три года. А на длительный период, комплексно, с учётом общемировых трендов, континентальных, региональных и национально-территориальных особенностей. Разве не понятно, что перспективны взаимовыгодные связи Приморья в первую очередь с Японией, Китаем, другими странами Азиатско-Тихоокеанского бассейна, а никак не с Европой и т.д. Об этом, по сути, говорил и российский президент на недавнем саммите АТЭС во Владивостоке.

Законодательные инициативы о развитии Сибири и Дальнего Востока, предложения о создании инвестиционных центров, льготном налогообложении и другие новации –шаги в правильном направлении. Но вряд ли это кардинально изменит ситуацию, если нет чёткой и обоснованной стратегии развития именно под евразийским углом зрения, как нельзя формой заменить отсутствие должного содержания. При этом надо хорошо понимать, что евразийское мышление 21-го века должно существенно отличаться от прежних подходов.

Безусловно, укрепление самостоятельности регионов, внутри- и межрегиональных связей – дело нужное. Однако нельзя забывать о центробежных тенденциях, отчётливо проявившихся в России к концу 90-х. Снижение эффективности и реального воздействия (конечно, не административного диктата!) федерального центра на общественные процессы в том или ином регионе – верный признак пусть малозаметного, но реального внутригосударственного ослабления, что недопустимо.

Как реорганизовать «Газпром»?

Вернёмся к событиям, отмеченным в начале статьи и касающимся взаимоотношений «Газпрома» с европейскими партнёрами. Возможно, следует стоять на своём, защищая законное право российской компании (как и любой другой!) на самостоятельность. И европейцы, не исключено, вынуждены будут в той или иной степени согласиться. Возможно, даже на определённых условиях (в чём-то всё же придётся уступить) «Газпром» получит определённые выгоды, станет ещё ближе к непосредственным потребителям. Но это будет попытка компромисса или некий «жест доброй воли», нежели результат конкурентной борьбы в общепринятом смысле слова. Подтверждением, что перспективы последующего мощного проникновения «Газпрома» в страны Старого Света и далее будут зависеть не только от экономических условий, но и от политических предпочтений.

Укажем на немаловажное обстоятельство, усиливающее уязвимость «Газпрома». Речь, в частности, идёт о его заграничных активах и приобретенных в собственность пакетах акций других крупных российских энергетических компаний, в которых также участвуют зарубежные инвесторы. Кто может поручиться, что не возникнут обстоятельства, при которых иностранные партнёры по бизнесу будут не всегда конструктивно, прямо или косвенно влиять (это ещё мягко сказано) на разностороннюю текущую и перспективную деятельность самого «Газпрома», связывая его по рукам и ногам в полном соответствии с модным ныне утверждением «ничего личного – только бизнес»? Ведь связь между озабоченностью Европы состоянием и гарантиями своей энергетической безопасности и континентальными амбициями российского газового гиганта очевидна.

Так, может быть, пришло время задуматься о том, как эффективно реформировать «национальное достояние», которое, того и гляди, «забронзовеет»? Учитывая при этом, что мы страна именно евразийская? В вышеназванной статье 2007 г. предлагалось подумать о разделении естественной монополии на юридически самостоятельные компании, скажем, «Газпром-Европа», «Газпром-Азия» и газодобывающую «Газпром-Север», одновременно объединённые в холдинг «Газпром» с одноимённой материнской компанией. Естественно, учитывая опыт реформирования РАО «ЕЭС России» с организацией частных специализированных (генерирующих, сбытовых, ремонтных) структур – опыт, который нельзя назвать весьма успешным по крайней мере в настоящее время.

Компания «Газпром-Европа», вновь создаваемая не для добычи сырья, а для работы исключительно на европейском континенте, должна в достаточной степени соответствовать требованиям Евросоюза, иметь полномочия заключать контракты с европейскими компаниями, активно входить на общеевропейский рынок – чтобы выгодно продавать, эффективно инвестировать и с пользой приобретать. При этом гарантировать и поставлять газ в Европу по собственным долгосрочным контрактам, например, с компанией «Газпром-Север». Не исключено, что к месту окажется и независимая, но «своя» газотранспортная компания. В такой ситуации может облегчиться и возможное участие иностранных фирм в разработке перспективных газовых месторождений с переработкой и поставкой в различные регионы.

Между прочим, «Газпром-Азия», свободная от «европейских условностей», могла бы (если это экономически выгодно) также разрабатывать месторождения, добывать и поставлять их не только азиатским потребителям, на рынке которых вопрос о подобной реструктуризации не стоит и вряд ли появится в повестке дня в обозримой перспективе, но и при необходимости компании «Газпром-Европа».

В данных структурах будут представлены и надёжно защищены государственные интересы, улучшится их управляемость и прозрачность, возрастёт потребность в конкретных модернизационных преобразованиях, будут разорваны административно-бюрократические и коррупционные цепочки, сократится дистанция между теми, кто ставит задачи и принимает решения, и теми, кто нелёгким трудом воплощает их в жизнь, и т.д. Более обоснованной и результативной станет инвестиционная деятельность. Проблема непрофильных активов хотя бы частично трансформируется в способность к диверсификации, так как передовые бизнес-решения зачастую находятся либо на стыке отраслей, либо при переносе идей из одной области в другую.

По сообщениям СМИ (www.vedomosti.ru, 20 сентября 2012 г.), чтобы избежать претензий, «Газпром» намерен создать два холдинга — инфраструктурный Gazprom Storages & Transport и торговый GMT Holding, оба они будут «дочками» «Газпрома». В состав Gazprom Storages & Transport войдет Gazprom Germania со всеми газовыми хранилищами и транспортными сетями. GMT Holding займётся трейдингом. Если холдинги будут строго работать в оговоренных сегментах, подобная реструктуризация бизнеса «Газпрома» во многом позволит снять возникшие противоречия. Характерно, что перемещение активов между «дочками» «Газпрома» не меняет систему собственности и управления, но предоставляет концерну хороший шанс решить проблему.

*****

Но разве не возникли принципиально новые задачи и не назрели перемены в традиционной мировоззренческой парадигме, которая призвана определить концептуальные направления конкурентного развития «Газпрома» как видение будущего в условиях глобализации, информационной революции, появления экологически чистых источников энергии, эффективных, технологичных разработок и прочих новаций «умной экономики»?

В повестке дня не только и не столько растущая добыча невозобновляемых ресурсов (при нынешних темпах и качестве модернизации их сбережение для ближайшего будущего более чем актуально), сколько их рачительное использование, аккуратная транспортировка, глубокая переработка, высокое качество работы на всех этапах производственного цикла – вплоть до доставки конечного продукта потребителю.

При этом важно понимать, что эффект масштаба постепенно нивелируется высокопроизводительными технологиями. В странах постиндустриальной стадии (основных потребителях российского энергоэкспорта) на первый план выходят знания как продукт, востребуются «желание и способности человека создавать новое, решать задачи нового уровня сложности… Природные ресурсы уже не создают серьезных конкурентных преимуществ ни для стран, ни для отдельных компаний. Лишь один природный ресурс играет определяющую роль — человеческий ум» (Harvard Business Review Russia, октябрь 2005 г.).

«Воевать не числом, а умением» – призыв великого русского полководца Александра Суворова не утратил своей актуальности. Равно как и предвидение Карла Маркса о возрастающей роли науки в развитии общественного производства, её превращении в общественную производительную силу.

Объективные долгосрочные сценарии развития отечественных естественных монополий, всего нефтегазового комплекса как базовой отрасли должны системно вырабатываться евразийским мышлением и однозначно опираться на совокупный евразийский потенциал России. Предусматривать эффективное стратегическое государственное управление. В наибольшей степени учитывать совокупный баланс внешних и внутренних факторов, разносторонние интересы регионов и местных сообществ. Максимально привлекать бизнес на основе взаимовыгодного частно-государственного партнёрства, предоставлять ему реальные экономические свободы и правовые гарантии – в ответ на безусловное исполнение принимаемых бизнесом обязательств в строгом соответствии с евразийскими интересами государства Российского.

Планка ответственности «Газпрома» перед Россией чрезвычайно высока.