1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать

Ищите закладки

Попытки улучшить налоговое законодательство нередко приводят к обратному эффекту. То ли по простой случайности, то ли по «злому умыслу», но практически каждый законопроект способен в той или иной степени отрицательно сказаться на положении налогоплательщиков. Ситуацию с поправками в главу 25 НК РФ комментирует директор юридического агентства «Ирсан» Александр Бутурлин.

Налоговое законодательство несовершенно. Эта банальная истина напоминает о себе, когда читаешь очередной законопроект, вносящий изменения в Налоговый кодекс. Причем в последнее время становится традицией выпускать пространные документы, содержащие огромный массив поправок, которые их авторы скромно называют техническими.

В самом деле, большая часть изменений исправляет старые болячки, например ссылки на несоответствующие или несуществующие пункты. Или приводит положения Кодекса в соответствие с постоянно меняющимися реалиями российской властной вертикали. Однако среди усыпляющего множества однотипных сентенций нет-нет, да и всплывет позиция, мягко говоря, не упрощающая жизнь налогоплательщика.

Многие помнят, как в законопроект, посвященный поправкам к первой части НК, затесалось положение, позволяющее арестовывать счета налогоплательщика при непредставлении им любого документа, истребованного любопытным фискалом. Такая, как пишут в шпионских романах, закладочка была вовремя отфильтрована Экспертным советом Госдумы и не попала в окончательный текст закона.

Законопроект, содержащий массив «технических» поправок к 23-й и 25-й главам Налогового кодекса, был принят в первом чтении Госдумой еще 5 августа прошлого года. Сейчас идет его интенсивная подготовка ко второму чтению, которое, как правило, является определяющим. При внимательном прочтении проекта, состоящего из 5 статей и 46 подпунктов, наружу вылезает вот такой «кирпич с микропленкой».

Обложим материальную выгоду

Обратимся к пункту 20статьи 1 законопроекта.

«Пункт 4 (ст. 269 НК) изложить в следующей редакции:

«4. Положительная разница между начисленными процентами и предельными процентами, исчисленными в соответствии с порядком, установленным пунктами 1 и 2 настоящей статьи, приравнивается в целях налогообложения к дивидендам, уплаченным иностранной организации, в отношении которой существует контролируемая задолженность, и облагается налогом в соответствии с пунктом 3 статьи 284 настоящего Кодекса».

Статья 269 НК РФ посвящена особенностям отнесения процентов по долговым обязательствам к расходам, уменьшающим налогооблагаемую прибыль.

Но не только. В п. 4 прописан новый объект налогообложения. Не прибыль— полученные доходы минус расходы. А некая материальная выгода: «Положительная разница между начисленными процентами и предельными процентами, исчисленными в соответствии с порядком, установленным пунктом 2 настоящей статьи, приравнивается в целях налогообложения к дивидендам и облагается налогом в соответствии с пунктом 3 статьи 284 настоящего Кодекса».

Искать дополнительный доход у организации, которая взяла кредит под проценты (пусть и небольшие), и облагать этот доход налогом — дурной тон, неправда ли? Однако до настоящего времени такой налоговый объект появлялся у весьма ограниченного числа организаций, удовлетворяющих условиям п. 2 ст. 269 НК. А теперь, в «технической» поправке, его хотят распространить на ВСЕ организации. Всех дел-то — добавить к п. 2 п. 1. А результат замечательный.

Число плательщиков налога «на разницу процентов» возрастает кардинально. Да и ставочка на этот налог в поправках повышается с 9 до 15%. В силу того, что понятие «предельный процент» в п. 1 ст.269 прописано невнятно (и поправки здесь ничего не меняют), возникает соблазн считать таковым во всех случаях либо ставку рефинансирования, увеличенную в 1,1 раза по рублевым обязательствам, либо 15%(13% после принятия поправок) — по валютным.

А теперь фанфары в студию! Угадайте с трех раз, кто первый налетит на такую «закладку»? Банки.

Трудно встретить банк, выдающий все депозиты поставке, равной или превышающей предельную, описанную в п. 1 ст. 269 Кодекса. А, стало быть, поскольку особенности обложения банков налогом на прибыль, указанные в ст. 290—292НК, никак не исключают применения к ним положений ст. 269, то извольте разницу в процентах по ставке 15% в бюджет.

Такая же участь ждет любую организацию, получившую «заимствования независимо от формы их оформления» под процент ниже предельного.

Ударим по реорганизаторам

Идем дальше (п. 29 ст. 1 законопроекта).

«Пункт 5 ст. 283 изложить в следующей редакции:

«5. В случае прекращения налогоплательщиком деятельности по причине реорганизации налогоплательщик-правопреемник не вправе уменьшать налоговую базу на сумму убытков, полученных реорганизуемыми организациями до момента реорганизации».

Сейчас п. 5 ст. 283 НК гласит: «В случае прекращения налогоплательщиком деятельности по причине реорганизации налогоплательщик-правопреемник вправе уменьшать налоговую базу в порядке и на условиях, которые предусмотрены настоящей статьей, на сумму убытков, полученных реорганизуемыми организациями до момента реорганизации».

Хорошенькая разница. Наверное, нет иного способа борьбы с «уклонистами-реорганизаторами», кроме как запретить (причем для всех налогоплательщиков) учитывать убытки при реорганизации.

Одиозность подобного пункта была замечена даже Президентом РФ. В президентской поправке к п. 29ст. 1 законопроекта сказано буквально следующее:

«Данная норма проекта нуждается в доработке. При этом должны быть учтены не только установленный статьей 3 НК РФ принцип равенства налогообложения, но и задачи борьбы с незаконным уклонением от уплаты налога на прибыль организаций. В качестве одного из путей решения данной проблемы может быть рассмотрен вариант, предусматривающий введение специальных срока и порядка списания таких убытков».

То, что был упомянут один из основополагающих принципов налогообложения, — принцип равенства,— это, конечно, хорошо. С другой стороны, то, что существующий порядок при добросовестном исполнении своих обязанностей в рамках действующего законодательства фискалами и судейскими позволяет уклоняться от уплаты налога на прибыль, — это большой вопрос. Но в любом случае вызывает искреннюю радость тот факт, что закладка была обнаружена не только автором этой статьи.

Расходы — в доходы

Вчитаемся в п. 3 ст. 307НК РФ: «В случае если иностранная организация осуществляет на территории РФ деятельность подготовительного и (или) вспомогательного характера в интересах третьих лиц, приводящую к образованию постоянного представительства, и при этом в отношении такой деятельности не предусмотрено получение вознаграждения, налоговая база определяется в размере 20% от суммы расходов этого постоянного представительства, связанных с такой деятельностью».

Представляете, образует такой «паразит» на нашей родине постоянное представительство, коптит, можно сказать, родное небушко, но вознаграждения при этом не получает. Что при этом надо облагать налогом на прибыль? Конечно, расходы. Ну, хотя бы 20% от них.

Но нет в этой статье совершенства. Если изворотливый иностранец докажет, что никакую «деятельность подготовительного и (или) вспомогательного характера в интересах третьих лиц» он у нас не ведет, то вроде и в казну он ничего не должен.

Но взглянем на п. 38 ст. 1 законопроекта.

«Пункт 3 ст. 307 после слов «третьих лиц,» дополнить словами «а также иную деятельность».

Да не оскудеет бюджет!