Массовое внедрение искусственного интеллекта в образовательную среду поставило под угрозу принципы научной добросовестности и заставило экспертов задуматься о пересмотре системы присуждения ученых степеней. К таким выводам пришли участники сессии «Искусственный интеллект в образовании: социально-правовые проблемы» на Петербургском международном юридическом форуме – 2026.
По мнению советника Президента Российской Федерации, председателя Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Валерия Фадеева, учёная среда оказалась в тупике, поскольку утратила способность отличать машинный текст от человеческого. Он обратил внимание, что если в работах соискателей невозможно выявить новизну, а нейросети лишь переставляют слова по вероятностным моделям, то это ставит под вопрос саму целесообразность существования кандидатских и докторских диссертаций в их нынешнем виде. По его словам, искусственный интеллект лишь обнажил эту давнюю проблему.
Серьёзную озабоченность у участников форума вызвала деформация образовательного процесса. Член Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, президент АО «Крибрум» Игорь Ашманов привёл показательный случай с факультета МГУ, где преподаватель, получив от студента сгенерированный текст, не читая, пересылал его обратно в нейросеть для получения замечаний. Эксперт охарактеризовал это как ситуацию, в которой нейронная сеть коммуницирует сама с собой, полностью вытесняя человеческое участие.
Особое внимание на сессии уделили правовым и философским рискам идеализации технологий. Профессор кафедры информационного права и цифровых технологий Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), партнер Firm.One Виктор Наумов предостерег от закрепления в федеральном законодательстве конструкта о превосходстве ИИ над человеком. Он отметил, что попытки включить в законопроект определения, идущие вразрез с принципами духовно-нравственного развития, встречают непонимание в исполнительной власти, что он назвал опаснейшим государственным решением. В то же время Наумов призвал рассматривать системы ИИ прагматично — как обычные информационные системы с классическим набором субъектных прав, что снимает с них ореол «кумира» и переводит дискуссию в практическую плоскость.
Эксперты также обсудили угрозу потери мотивации к научному поиску. Заместитель секретаря Общественной палаты Российской Федерации Владислав Гриб выразил опасение, что все интеллектуальные достижения человечества могут стать достоянием узкого круга технологических корпораций, которые будут монетизировать результаты чужого труда. Он поставил под сомнение стимулы для учёных в условиях, когда их предыдущие наработки используются нейросетями для генерации новых «работ» без участия автора. Кроме того, Гриб акцентировал внимание на когнитивных расстройствах из-за цифровой зависимости, приведя в пример шоковое состояние детей при отключении интернета, в отличие от отсутствия финансовых средств, что, по его мнению, свидетельствует о глубокой психологической привязанности к технологиям.
Критике подверглась и трансформация роли преподавателя. Как отметил Валерий Фадеев, педагогический процесс деформируется, когда подготовка к лекции сводится к нажатию кнопки печати. Он подчеркнул, что искусственный интеллект не создал эту проблему, а лишь выявил уже существующую «порчу» системы, лишив преподавателей удовольствия от творческой подготовки.
В качестве решений участники сессии предложили кардинально менять методику преподавания. По мнению Валерия Фадеева, внедрение ИИ в школах потребует не сокращения, а увеличения числа учителей при одновременном уменьшении наполняемости классов. При этом Игорь Ашманов привёл контраргумент скептикам, утверждающим, что нейросети не способны генерировать новое: он напомнил, что с помощью специальных математических модулей уже сегодня успешно доказывают новые теоремы и пишут программный код.
В ходе дискуссии прозвучало также мнение о необходимости соблюдать законодательную осторожность. Владислав Гриб призвал не спешить с принятием профильного законопроекта, настаивая на широком общественном обсуждении, поскольку поспешные решения могут привести к тяжелым и трудноисправимым последствиям для системы образования и безопасности персональных данных.