В России обсуждают необходимость обновления системы законодательства в сфере кибербезопасности в ответ на новые цифровые угрозы. Для этого требуется создать чёткую теоретическую и методологическую базу, уточнить понятийный аппарат и специфику регулирования. Вопросы были подняты в ходе XIV Петербургского международного юридического форума на сессии «От виртуального к реальному 2.0: законодательные инициативы в сфере противодействия правонарушениям с использованием ИКТ».
Заместитель Министра юстиции Российской Федерации Вадим Фёдоров отметил, что для эффективного обеспечения кибербезопасности важно найти баланс: разработать стандарты, которые будут достаточно гибкими, чтобы адаптироваться к меняющимся условиям, и одновременно достаточно строгими, чтобы гарантировать защиту, при этом не создавая избыточного административного давления на бизнес. Также он подчеркнул необходимость совершенствования навыков граждан в области информационной грамотности.
Особое внимание на сессии уделили вопросу повышения ответственности за противоправные деяния, совершаемые с применением технологий искусственного интеллекта, включая дипфейки. Вадим Фёдоров пояснил, что искусственный интеллект сам по себе не может быть субъектом преступления, поскольку, несмотря на автономность, он не обладает сознанием, волей и правосубъектностью. В то же время к его применению причастны разработчики моделей, обладатели исключительных прав на программное обеспечение, операторы систем, владельцы сервисов и конечные пользователи. Для установления ответственного за вред, причинённый с использованием ИИ, необходимо чётко распределить обязанности между всеми перечисленными лицами. Определённая практика в этой сфере уже формируется.
В настоящее время в стране ведётся работа над проектом федерального закона об искусственном интеллекте. Минюст России совместно с заинтересованными органами также изучил возможные средства противодействия преступному использованию ИИ. По мнению ведомства, в текущей ситуации необходимо закрепить в качестве квалифицирующего признака отдельных составов преступлений их совершение с использованием технологий преобразования голоса и формирования образа человека.