1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1370

«Тихая гавань» инвестора

В нынешней ситуации инвесторам (в особенности частным) уже становится ясно, что стратегия распределения еще пока не съеденных кризисом активов между тремя валютами имеет по определению сомнительный потенциал. Не приходится говорить и о целесообразности вложения в акции, поскольку даже положение «голубых фишек» на отечественном рынке очень далеко от стабильного. Что же касается фондов коллективных инвестиций и недвижимости, то еще в прошлом году многие успели ощутить на собственном опыте катастрофически негативную динамику в данных сегментах. Остается, казалось бы, проверенный веками инвестиционный инструмент – драгоценные металлы. Но именно сегодня пословица «Не все то золото, что блестит» приобретает новый иносказательный смысл.

Принцип наиболее оптимального в условиях кризиса перераспределения активов за счет приобретения драгоценностей был сформулирован еще американским миллиардером Уорреном Баффетом, который справедливо полагал, что золото если и не позволяет в трудные времена приумножать капитал, то уж во всяком случае дает возможность сохранить имеющиеся средства. Однако У. Баффет не предвидел сложную структурированность современных финансовых институтов, которая часто является причиной информационной непрозрачности рынка драгметаллов в отношении самого инвестора.

В особенности это касается российского рынка, где золото, серебро, платина и палладий являются «тихой гаванью» в смысле предложений даже больше, чем в смысле спроса. Как рядовой инвестор, стремящийся перевести свои, как правило, скромные сбережения в драгоценные граммы, так и владелец крупного бизнеса, выражающий готовность приобретать золото килограммами, сталкиваются с множеством существенных проблем.

На первый взгляд инвестиционный инструментарий действительно разнообразен: помимо того, что банки декларируют возможность приобретения у них выше означенных металлов в виде слитков от 1 до 1000 г или посредством открытия обезличенных металлических счетов (ОМС), также осуществляется продажа инвестиционных монет, выпущенных ЦБ РФ и национальными банками соседей по СНГ – Белоруссии и Армении.

Категория так называемых памятных монет сразу отпадает, поскольку их тираж очень ограничен и обычно ориентирован лишь на коллекционеров-нумизматов. Изначально менее перспективны и ювелирные украшения, в стоимость которых включены изготовление и комиссии многочисленных посредников-ритейлеров (как правило, являющихся монополистами, не допускающими какой-либо конкуренции), а их возможная ликвидность через ломбарды в качестве «лома» несопоставимо меньше первоначальных цен. Таким образом, потенциалом инвестиционной привлекательности обладают только 3 продукта рынка драгметаллов – наличные слитки, ОМС и инвестиционные монеты.

Хуже всего обстоит дело со слитками, поскольку в случае их приобретения покупатель помимо наценки банка должен доплатить НДС в размере 18%. Вопрос упразднения данного «золотого» налога, во многих странах попросту несуществующего, на протяжении предшествующих нескольких лет поднимался российским Правительством неоднократно. Последний раз с подобным предложением в сентябре 2008 г. выступил Президент РФ Дмитрий Медведев.

Но, несмотря на инициативу руководителя страны, «неприступный» Минфин не предпринял соответствующих мер в этом направлении. Не повлияло на позицию министерства и коллективное декабрьское обращение золотопромышленников к главе Правительства Владимиру Путину с просьбой отменить неадекватную «мзду», препятствующую развитию отрасли и рынка в целом, а также являющуюся прямым стимулом населения к отказу от инвестиций в драгметаллы в пользу скупки иностранных валют.

Усугубляют ситуацию и довольно жесткие условия обратного выкупа слитков кредитными организациями, в соответствии с которыми де-факто любой слиток, приобретенный в банке и сразу же после этого не положенный на хранение в сейфовую ячейку этого же банка, вряд ли может претендовать на характеристику «отличного качества». В результате при обратной продаже слиток выкупается банком по существенно заниженной стоимости.

Конечная маржа банков (включая НДС) между ценами предложения и спроса может варьироваться от 20 до 50%, что уже само по себе лишает слитки инвестиционного смысла, а в случае резкого снижения рыночной цены на драгметаллы может вообще привести инвестора к ощутимым потерям. По-видимому, именно всеми этими препятствиями объясняется тот факт, что продажи слитков в РФ пока еще в разы ниже продаж ОМС.

К обезличенному драгметаллу в качестве альтернативы обычно и апеллирует Минфин, когда заходит разговор об отмене 18%-ного НДС на покупку наличных слитков физическими лицами. При этом, следуя уже характерной установке «наполнение бюджета превыше всего», руководство Минфина как бы забывает о том, что ОМС вовсе не являются аналогом банковским депозитам и соответственно не компенсируются Агентством по страхованию вкладов (АСВ), если банк становится банкротом.

В этом случае ничем не рискует только крупный частный инвестор, оперирующий суммами, наверняка превышающими 700 тыс. руб. (максимальный лимит страхования вкладов физических лиц в АСВ). Впрочем, данное обстоятельство скорее способствует покупке «крупняком» килограммовых слитков золота, стоимость которых уже зашкаливает за 1 млн руб., а не открытию ими металлических счетов, в отличие от настоящего золота не привязанных к курсу ЦБ. К тому же чем больше количество и размер слитков, покупаемых у банка, тем существенно меньше банковский спред.

Получается, что внакладе, как всегда, остается «маленький» инвестор. К сожалению, даже при том, что у него имеется в запасе третий стратегический вариант – инвестиционные монеты, так же как и ОМС, не обремененные налогом. Но основной недостаток данного инструмента заключается в резком сокращении выпуска самих этих монет Банком России. Таким образом, налицо тактика «придерживания» банковским сектором реализации драгметаллов, к которой он начал склоняться еще в самом начале финансового кризиса, памятуя об августовских событиях 1998 г., когда население в массовом порядке скупало золото. Возможно, отчасти поэтому осенью 2008 г. появился некоторый информационно-аналитический тренд о «невыгодности» подобных инвестиций в краткосрочном и среднесрочном периодах, а в отделениях большинства банков, имеющих лицензии на осуществление операций с драгметаллами, неожиданно исчезли все рекламные буклеты, содержащие предложения инвестировать в данные инструменты.

С другой стороны, нельзя сказать, что у негативных прогнозов не было в том числе и объективных предпосылок. Дело в том, что российский рынок драгметаллов в отличие от рынка многих сугубо финансовых отечественных инструментов в значительной степени интегрирован в международные рыночные тенденции, часто характеризующиеся техническими падениями. Значительное снижение цен на золото происходило в сентябре и октябре и напрямую обусловливалось тогдашним укреплением доллара и резким падением цен на нефть.

Вслед за золотом последовало и техническое ослабление других драгметаллов на международных торговых площадках, которые (как, например, серебро) даже в большей степени уязвимы на рынке в связи с тенденциями спроса в промышленности и соответствующей «нижней» привязке к цветным металлам. Однако после заявления Народного банка Китая о намерении увеличить свой золотой резерв в 6 раз о столь же резких падениях цен на драгметаллы в обозримой перспективе речь вести не стоит.