Трансформация ESG: как меняются приоритеты устойчивого развития в новых условиях

| статьи | печать

Наложенные на экономику России масштабные финансовые и технологические санкции и ограничения заставили внести срочные изменения в планы развития компаний и взаимоотношения с международными инвесторами. На фоне происходящего подвергается ревизии повестка устойчивого развития, которая до недавнего времени была ориентирована на западные стандарты. По оценкам экспертов, несмотря на сложности, большинство компаний не останавливают процесс ESG-трансформации, но при этом корректируют структуру расходов и горизонты планирования. О том, как меняются подходы к повестке ESG, эксперты говорили на конференции «ESG-пересборка: новые приоритеты устойчивого развития в условиях ограничений»1, подробности в нашем материале.

«Концепция ESG является корпоративным воплощением темы устойчивости, а фундаментальное правило устойчивого развития — это способность бизнеса выживать и воспроизводить себя в долгосрочной перспективе», — считает генеральный директор Национального ESG-альянса Андрей Шаронов. По его словам, в текущих условиях важно понять, насколько мы можем по-прежнему опираться на существующие международные критерии и в какой мере можем создавать собственные стандарты и процедуры, являющиеся частью ESG-инфраструктуры.

Павел Склянчук, координатор Экспертного совета по устойчивому развитию и зеленому финансированию Госдумы РФ, отметил, что какого-то общего законодательного фундамента для устойчивого развития в России пока нет. А он мог бы стать базой для финансирования проектов в этом направлении.

Денис Буцаев, генеральный директор РЭО («Российский экологический оператор»), признал, что подходы к устойчивому развитию в России и за рубежом имеют отличия. Наша страна изначально столкнулась с ESG-повесткой как с ограничением. В то время как весь мир рассматривал ESG как возможность получить более дешевое финансирование путем конкурентных преимуществ, возникающих при соответствии ESG-принципам.

«ESG-повестка в наших проектах заключается в том, что она тесно связана с комфортом проживания и возможностями развития экономики. Если мы не убираем за собой, то в конечном счете столкнемся с тем, что экономический вред от экологических последствий нашей деятельности будет больше, чем экономический вред от производимой продукции или от жизнедеятельности человека», — отметил Д. Буцаев, рассказывая о работе РЭО. Сейчас то, к каким последствиям приводит отсутствие должного внимания к вопросам экологии, можно оценить по уровню расходов, которые страна несет по проектам рекультивации или уборки территорий.

Российские банки не собираются отказываться от ESG-скрининга

«Мобилизация ESG-повестки — импортированное явление, результат того, что наши компании почувствовали прессинг со стороны международных инвесторов, где Европа была в авангарде норм приличия, но восточные страны также активно разрабатывают ESG-стандарты», — заявил исполнительный директор, руководитель ESG-банкинга, ВЭБ.РФ, Дмитрий Аксаков. При этом он подчеркнул, что российские экспортеры будут и далее сталкиваться с повышенными требованиями к нормам устойчивого развития со стороны азиатских партнеров.

На какое-то время фокус сместится на другие регионы, но это не означает, что российские компании должны отказываться от ESG-приличий. По его мнению, долгосрочный успех предприятий можно обеспечить, только если они будут уделять должное внимание и экологическим, и социальным аспектам своей деятельности. Поэтому ВЭБ, как институт развития, не отменяет ESG-скрининг, а будет только совершенствовать этот механизм.

Под кураторством МЭР ВЭБ разработал таксономию зеленого финансирования, которая, как и в большинстве стран мира, была основана на европейской таксономии. Этот проект сейчас продолжает развиваться. Также сейчас ВЭБ под кураторством МЭР и при активном участии рынка сейчас разрабатывает социальную таксономию.

Учитывая текущую ситуацию, свое определение «зелености» при скрининге проектов банк делает более широким. «Для нас очень важно, чтобы создание тех производств, которые мы финансируем, производилось на основе использования наиболее продвинутых технологий из тех, которые доступны в текущих условиях», — подчеркнул Д. Аксаков. При этом он оговорился, что для того, чтобы предоставлять финансирование на более выгодных условиях, у банка должны быть специальные источники финансирования от правительства. Сейчас таких программ пока нет, но в ВЭБ рассчитывают, что в определенный момент они появятся.

Но даже не имея льготного финансирования, банк намерен как минимум отдавать приоритет тем проектам, которые наиболее продвинуты с точки зрения ESG-факторов. «Ликвидация накопленного вреда во многих случаях стоит столько же, сколько и создание новых индустрий ну или создание новых первоклассных производств. Поэтому мы понимаем, что крайне важно финансировать те производства, которые изначально закладывают максимальную экологичность в свои производственные процессы, чтобы потом не приходилось тратить огромные суммы, чтобы ликвидировать накопленный ущерб», — подчеркнул Д. Аксаков.

Похожей позиции придерживаются и в других крупнейших российских банках. Говоря о предпосылках возникновения повестки устойчивого развития, первый вице-президент Газпромбанка Наталья Третьяк обратила внимание, что многие принципы ESG были присущи модели развития наших компаний не только последние 20—30 лет, но и ранее. В то же время драйверами последних лет развития повестки ESG в России стало давление запада, в том числе в области повышения энергоэффективности, и это, по мнению эксперта, дополнительные возможности для развития российской экономики.

«Мы подошли к рубежу, когда перед российской промышленностью остро встали вопросы технологического переоснащения, что совпало с необходимостью адаптации производств к энергопереходу. Именно поэтому уже сейчас вложения в проекты по повышению энергоэффективности в российской промышленности окупаются», — пояснила Н. Третьяк. Вместе с тем она указала, что в отличие от западной модели основным драйвером повестки в России стало государство, а не частные инвесторы, вследствие чего активно развивается законодательная база.

Представители банков полагают, что для эффективной реализации проектов по переоснащению требуется расширение мер государственной поддержки — налоговые стимулы, субсидии. Подобные меры уже работают, например, в рамках механизма субсидирования инвестиций в возобновляемые источники энергии (ВИЭ) через договоры ДПМ (договоры поставки мощности).

То, что для развития рынка зеленого финансирования в настоящий момент необходима помощь государства, подтверждают и экспертные оценки.

«Мы посмотрели портфели крупных управляющих компаний, и ситуация здесь оказалась достаточно грустная: по их самооценке, меньше 2% активов под управлением можно отнести к ESG-инструментам», — заявил генеральный директор «Эксперт Бизнес-Решения» Павел Митрофанов. Это, по его мнению, означает, что «рыночного» гриниума (скидка за «зеленость» проекта) в России пока не может быть, но его может профинансировать государство.

Владимир Скобарев, партнер, руководитель департамента корпоративного управления и устойчивого развития ФБК, рассказал о негативных тенденциях, которые развиваются в настоящее время в сфере финансов. «Мы видим определенную опасность в чрезмерном закрытии существенной информации в рамках корпоративной нефинансовой отчетности, которое может быть реализовано некоторыми компаниями с учетом смягчения требований регуляторов в текущей ситуации», — прокомментировал эксперт. Это, по его мнению, существенно затруднит принятие инвестиционных решений в сфере устойчивого финансирования.

Остается неопределенность в отношении дальнейшей верификации зеленых финансовых инструментов в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 21.09.2021 № 1587 при отсутствии соответствующей отчетности эмитентов. «Важно дать сигнал компаниям, что возможность не публиковать реально чувствительную информацию не снимает необходимость подготовки ESG-отчетности в полном объеме для ее адресного представления регуляторам, верификаторам и другим участникам финансового рынка в случаях, предусмотренных действующими нормативными актами», — подчеркнул В. Скобарев.

Рейтинговые агентства создают новые рэнкинги

Заявить о своей приверженности стратегиям устойчивого развития без рисков, связанных с полным раскрытием финансовой информации, компании могут с помощью получения ESG-рейтингов, а также участия в различных ESG-рэнкингах. Созданием собственных оценочных систем сейчас активно занимаются ведущие российские рейтинговые агентства. При этом Банк России уже сообщил в своем годовом отчете, что планирует проводить работу по включению ESG-рейтингов в периметр регулирования.

«АКРА создаст в этом году ESG-рэнкинг российских компаний, который будет сопоставлять российские компании по уровню рейтинга и уровню соответствия этим стандартам», — заявил генеральный директор Аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА) Михаил Сухов. По его словам, многие российские компании ранее пользовались услугами международных рейтинговых компаний и заказывали у них ESG-экспертизу, поэтому сейчас большинство из них оказались без ESG-рейтингов и без независимой ESG-экспертизы.

Он добавил, что Центральный банк многое сделал для кредитных рейтингов. Каждое рейтинговое агентство имеет собственную методологию, но они сопоставимы, и есть общие принципы, по которым работает рейтинговая отрасль, однако в ESG-сфере это еще не реализовано. «Я думаю, если регулятор применит в ESG-рейтингах тот же подход, что и с кредитными рейтингами, то это ускорит процесс унификации ESG-экспертизы и позволит потребителям нашей информации сделать более широкий охват», — отметил М. Сухов. Независимая экспертиза, по его мнению, должна поддержать инфраструктуру рынка инвестиций в зеленые проекты, которые, в свою очередь, востребованы обществом для улучшения качества среды обитания. Он также обратил особое внимание на важность экологичной повестки, которую нужно не замораживать, а развивать. «Можно временно допустить, что завод производит „Евро-0“ или „Евро-1“ — это не самая большая проблема, но если инфраструктурные проекты будут осуществлять без независимой современной экспертизы, то изменится не в лучшую сторону среда обитания наших людей, а вот этого нельзя допускать», — подчеркнул М. Сухов.

Готовит собственные рэнкинги в области устойчивого развития, фиксирующие прогресс компаний в этой области, и будет продолжать эту работу в этом году и Национальное рейтинговое агентство (НРА). «При разработке своей методологии мы опирались и на российскую таксономию, на международный опыт, а также на собственные наработки. Сегодня в области верификации большую роль будут играть адаптационные проекты, методологическая основа которых в значительной степени — российская разработка», — заявила генеральный директор НРА Алина Розенцвет.

Она отметила, что факторы устойчивого развития имеют свое значение и при оценке кредитного риска. Банки проделали здесь большую работу и вряд ли откажутся от ее результатов. «Рейтинги и рэнкинги в текущих условиях закрытости информации становятся зачастую единственным способом публично заявить о своем развитии в области ESG», — резюмировала А. Розенцвет.

«Последнее время мы наблюдали настоящую „гонку вооружений“ компаний в плане приверженности ESG-стандартам, и большая часть процесса работала на имидж», — констатировал директор департамента деловых коммуникаций и связей с инвесторами «Полюс Золото» Виктор Дроздов. Новизна современной ситуации, по мнению эксперта, состоит в том, что при отзыве рейтингов российских компаний международными верификаторами дальнейшее предоставление и раскрытие информации многими глобальными российскими бизнесами тем не менее продолжится.

Это способно «расколоть рынок на два лагеря»: тех, кто видит в этом практическую ценность, и тех, для кого это было лишь элементом имиджа. «В поисках путей на азиатские рынки российские компании также столкнутся с требованиями регуляторов по декарбонизации. Поэтому компании продолжат раскрывать информацию внешним инвесторам. Есть национальная специфика, но говорить о том, что есть чисто российское ESG, нельзя», — заявил В. Дроздов.

Фокус на социальные проекты

Последние годы российские компании уделяли особое внимание внедрению программ благополучия сотрудников. Как показало прошлогоднее исследование hh.ru, 27% опрошенных работодателей реализовывали комплексные программы благополучия сотрудников, причем чаще всего программы well-being встречались в компаниях численностью от 100 до 500 человек (34%). Чуть меньше в компаниях численностью менее 100 человек (25%), на компании штатом свыше 500 сотрудников приходится 22% положительных ответов о наличии программ поддержки и развития сотрудников.

Председатель Ассоциации оздо­ровительного туризма и корпоративного здоровья Елена Трубникова рассказала, что сегодня в российских компаниях выстраивают программы благополучия в ответ на непростую ситуацию, в которой бизнес находится последние три года.

По мнению эксперта, библиотека лучших корпоративных практик, которые третий год демонстрируются на открытом социальном конкурсе, стала еще актуальнее. Согласно статистике конкурса, компании не перестают финансировать социальные программы, нацеленные на сохранение здоровья и благополучия сотрудников. «Проектов становится больше, и они охватывают все новые сферы и отрасли вне зависимости от масштабов компании», — резюмировала Е. Трубникова.

В частности, обещают не останавливать социальные проекты металлургические компании. «Лидеры металлургической отрасли подошли к этой ситуации с большим запасом прочности. Все социальные инвестиции будут продолжены», — заверила в ходе своего выступления советник по вопросам устойчивого развития генерального директора компании «Северсталь» Наталья Поппель. Она подчеркнула, что эта подушка безопасности стала возможной благодаря высоким стандартам управления и людям, преданным своему делу, профессионалам, которые являются самой большой ценностью компании.

По мнению участников конференции, в ближайшем будущем структура ESG-повестки скорректируется в сторону социального фактора. «Уже многократно отмечалось, что в современных реалиях в повестке ESG значительно усилился фактор „S“, в первую очередь обращенный к сотрудникам. В целом сейчас наметился тренд к переходу от управления персоналом к управлению человеческими ресурсами. Именно ресурсные возможности сотрудника в условиях неопределенности являются главным фокусом большинства работодателей. В этой связи во многих компаниях организуется работа психологов, создаются адаптационные курсы, занятия по well-being», — сообщила президент БФ «Система» Оксана Косаченко.

По ее словам, ожидание того, что в связи с закрытием ряда внешних предприятий на рынке окажется большое количество высококвалифицированных кадров, не оправдывается. Хорошие кадры — штучный товар, охота за которым со стороны рекрутеров продолжается. «В наших компаниях не отмечается массовых увольнений, напротив, если обратиться на официальные порталы компаний, то там можно обнаружить тысячи открытых вакансий. Дополнительно проводится внутренний скаутинг — возможность доучить сотрудника и предложить ему новую работу в той же компании. В настоящее время на различных ресурсах компаний группы проходит обучение 38,5 тыс.», — добавила глава БФ «Система».

В условиях антироссийских санкций и связанных с ними ограничений внимание к социальным программам усиливается. «На данный момент новые экономические ограничения повышают внимание к критериям S (социальный) и G (корпоративное управление). При этом экологический ­фактор проявляет относительную стабильность в первую очередь в связи со строгими строительными стандартами и развитием федерального проекта „Экология“, учитывающими фактор импортозамещения. Объективно актуальность развития инфраструктурных проектов в данном секторе и в текущей конъюнктуре не снижается», — заявила Светлана Дубинчина, управляющий директор службы инвестиционных соглашений «ВЭБ Инфраструктура».

«Мы находимся в переломном этапе, когда важны правильные поступки, — продолжила дискуссию сооснователь и руководитель компании „Профессиональный экологический консалтинг“ Ирина Демина. — Экология — это не всегда дорого. Гораздо дороже последствия безответственной эксплуатации объектов». Эксперт считает, что в России нет импортозависимости от международных стандартов устойчивого развития. Устойчивое развитие в этом смысле не инвестиционные привилегии, не PR, это непрерывное движение, фундамент которого был заложен еще несколько лет назад.

«С учетом ограниченности доступа к финансовым ресурсам важна поддержка от государства. Логично при выделении такого рода поддержки в том числе руководствоваться критериями устойчивого развития, сформулированными в природоохранном законодательстве РФ. Но это не определяющий драйвер экологической повестки», — отметила И. Демина, добавив, что стимулом также является улучшение технологических процессов, следствием чего и будет повышение экологической эффективности.

В ходе конференции ее участники пришли к выводу, что внешний запрос на соответствие ESG-критериям останется вне зависимости от того, будет ли Россия закрыта от Запада или нет, потому что другая часть мира уже предъявляет схожие требования к экономическим партнерам. Что касается внутренней повестки, лидерам бизнеса совместно с государством и общественными институтами предстоит определить не только текущие приоритеты в области устойчивого развития на фоне разворачивающихся кризисных тенденций, но и источники и инструменты их финансирования.


1 Организатор конференции — ИД «Коммерсантъ»

День
Неделя
Месяц