1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 372

Наложение ареста на имущество «других лиц»

Федеральным законом от 29.06.2015 № 190-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» усовершенствована редакция ст. 115 УПК РФ «Наложение ареста на имущество». Законодатель тем самым попытался сформулировать надлежащий правовой механизм, применение которого позволяло бы эффективно защищать в судебном порядке права и законные интересы лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или гражданскими ответчиками по уголовному делу, право собственности которых ограничено чрезмерно длительным сроком наложения ареста на принадлежащее им имущество.

Специфика меры

Федеральным законом от 29.06.2015 № 190-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» существенно расширено содержание ч. 3 ст. 115 УПК РФ. Между тем она так и осталась посвященной специфике меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество, находящееся у лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия. На указанных лиц, в чьем законном владении (собственности) находится имущество, предположительно полученное в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого, имущественная ответственность не возлагается. В противном случае применению подлежит не ч. 3, а ч. 1 ст. 115 УПК РФ.

Законодатель уточнил процедуру принятия решения о наложении ареста на имущество указанных лиц: наложение ареста производится на основании постановления судьи (за исключением случаев, не терпящих отлагательства). То обстоятельство, что суд рассматривает ходатайство о наложении ареста на имущество в порядке, установленном ст. 165 УПК РФ, указывает на возможность в исключительных случаях принятия решения о применении данной меры процессуального принуждения в том числе и в отношении лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, по постановлению следователя (дознавателя и др.).

В постановлении о наложении ареста на имущество суд (а в случаях, о которых идет речь в ч. 5 ст. 165 УПК РФ, орган предварительного расследования) должен указать на конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых он принял такое решение. Названная мера процессуального принуждения применяется для предотвращения сокрытия или отчуждения имущества, необходимого для обеспечения гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации, в том числе при неустановлении или неполном установлении обстоятельств, подлежащих согласно ст. 73 УПК РФ доказыванию по уголовному делу.

При этом в силу п. 2.1 ч. 1 ст. 81 и п. 3.1 ч. 2 ст. 82 УПК РФ деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступления, признаются вещественными доказательствами и, будучи обнаруженными при производстве следственных действий, подлежат аресту в порядке, установленном ст. 115 УПК РФ. При разрешении уголовного дела, в том числе приговором суда, указанное имущество, если его принадлежность установлена судом, может быть возвращено законному владельцу (п. 4 ч. 3 ст. 81 УПК РФ), конфисковано, если лицо, принявшее имущество, знало или должно было знать, что оно получено в результате преступных действий (ч. 3 ст. 104.1 УК РФ), или использовано для возмещения вреда, причиненного преступлением (ст. 104.3 УК РФ), причем возмещение вреда потерпевшему возможно лишь по его требованию, заявленному с соблюдением правил об исковой давности.

Соответственно как по буквальному смыслу ч. 3 ст. 115 УПК РФ, так и по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, наложение ареста на имущество лица, которое не является подозреваемым, обвиняемым и не привлекается по уголовному делу в качестве гражданского ответчика, допускается лишь в публично-правовых целях обеспечения предполагаемой конфискации имущества или сохранности имущества, относящегося к вещественным доказательствам по данному уголовному делу, и лишь при условии, что относительно этого имущества имеются достаточные, подтвержденные доказательствами основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления либо для финансирования терроризма, экстремистской деятельности (экстремизма), организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации).

Данные обстоятельства должны найти свое отражение в постановлении о наложении ареста на имущество лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, кем бы оно ни было вынесено.

Пролонгация действия данной меры процессуального принуждения, первоначально примененной в неотложной ситуации, также должна осуществляться с учетом данных, которые получены в результате дальнейшего расследования и свидетельствуют о возможности применения по приговору суда конфискации имущества, на которое наложен арест, о необходимости его сохранности как вещественного доказательства по уголовному делу и позволяют оценить, действительно ли арестованное имущество приобретено у лица, не имевшего права его отчуждать (о чем приобретатель не знал и не мог знать), знал или должен был знать владелец арестованного имущества, что оно получено в результате преступных действий, причастен ли он к совершению преступления, на каком основании (возмездно или безвозмездно) приобретено имущество. При этом не исключается сохранение действия правового режима ареста имущества для обеспечения –при эффективном судебном контроле – частноправовых целей возмещения потерпевшему вреда, причиненного преступлением, если по делу будет заявлен гражданский иск и владелец арестованного имущества подлежит привлечению в качестве гражданского ответчика. Однако в таком случае пролонгация ареста имущества должна будет осуществляться на основании ч. 1, а не ч. 3 ст. 115 УПК.

Права, обязанности и ответственность

Законом № 190-ФЗ изменения внесены и в ч. 8 ст. 115 УПК РФ. Однако она не в полной мере соответствует требованиям ч. 1 ст. 11 УПК РФ. Согласно последней орган предварительного расследования обязан разъяснять всем участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав. Буквально же, исходя из текста новой редакции ч. 8 ст. 115 УПК РФ, после вручения лицу, на имущество которого наложен арест, протокола этого процессуального действия, следователь (дознаватель и др.) обязан ему разъяснить следующие права:

– в установленном УПК РФ порядке обжаловать решение о наложении ареста на имущество;

– заявить мотивированное ходатайство об изменении ограничений, которым подвергнуто арестованное имущество, или об отмене ареста, наложенного на имущество.

Но разве это все права лица, на имущество которого наложен арест? Следуя логике Постановления КС РФ от 21.10.2014 № 25-П, полагаем, что нет. Исходя из содержания абз. 4 п. 3.2 названного Постановления, помимо указанных в новой редакции ч. 8 ст. 115 УПК РФ прав, лицам, не являющимся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, на имущество которых наложен арест, следует также разъяснять право знать сущность предъявленных к ним материально-правовых притязаний и обстоятельств, на которых они основаны, возражать против этих притязаний, давать объяснения, представлять доказательства, иметь представителя, знакомиться с материалами уголовного дела, заявлять отводы и т. д.

По мнению КС РФ, эти права искомых субъектов уголовного процесса являются неотъемлемой частью надлежащего правовой механизма, применение которого позволяло бы эффективно защищать в судебном порядке права и законные интересы лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или гражданскими ответчиками по уголовному делу, право собственности которых ограничено чрезмерно длительным наложением ареста на принадлежащее им имущество, предположительно полученное в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого (Постановление КС РФ от 21.10.2014 № 25-П).

Неидентичные понятия

Законом № 190-ФЗ изменены формулировки и ч. 9 ст. 115 УПК. Ранее в ней шла речь об отмене наложения ареста на имущество, сейчас – об отмене ареста, наложенного на имущество. Законодатель неоднократно путает эти близкие и связанные, но все же не идентичные правовые институты. В частях 3, 9 ст. 115 и ч. 1–6 ст. 115.1 УПК РФ он ведет речь о сроке ареста, наложенного на имущество. А в наименовании ст. 115.1 УПК РФ – о сроке применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество.

Как избрание меры пресечения и ее применение не одно и то же, так и наложение ареста на имущество не равнозначно аресту, наложенному на имущество. Сначала принимается решение о наложении ареста на имущество. И только после его исполнения (реализации) арест будет наложен на имущество. В этой связи, полагаем, все же более безупречно и последовательно было бы именовать ст. 115.1 УПК РФ не «Порядок продления срока применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество», а «Порядок продления срока ареста, наложенного на имущество». Продляется срок не процедуры наложения ареста, а сам наложенный на имущество арест.

А теперь обратимся к тексту последнего предложения ч. 9 ст. 115 УПК РФ. Из него следует, что арест на безналичные денежные средства, находящиеся на счетах лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, наложенный в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, отменяется не только когда судом в порядке гражданского судопроизводства установлена принадлежность этих денежных средств потерпевшему и (или) гражданскому истцу, но и в тех случаях, когда в том же порядке судом установлено, что они принадлежат не лицу, признанному потерпевшим и (или) гражданским истцом по уголовному делу, хотя и по иску последнего.

Правильно ли это? Полагаем, что законодатель имел в виду несколько иную ситуацию. В анализируемом примере арест на безналичные денежные средства, находящиеся на счетах лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, наложенный в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, отменяется в тех случаях, когда судом в порядке гражданского судопроизводства установлена принадлежность этих денежных средств лицу, признанному потерпевшим и (или) гражданским истцом по уголовному делу, по иску последнего.

Но и эта формулировка не имеет логической завершенности. Почему арест на указанные денежные средства отменяется только в тех случаях, когда суд в порядке гражданского судопроизводства разрешил иск лица, признанного потерпевшим и (или) гражданским истцом по уголовному делу? Думается, принадлежность денежных средств лицу, признанному потерпевшим и (или) гражданским истцом по уголовному делу, судом в порядке гражданского судопроизводства может быть установлена и по иску иного лица. Иначе говоря, последовательнее была бы несколько иная формулировка анализируемого предложения ч. 9 ст. 115 УПК РФ: «Арест на безналичные денежные средства, находящиеся на счетах лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, наложенный в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, также отменяется, если принадлежность арестованных денежных средств установлена в ходе предварительного расследования и отсутствуют сведения от заинтересованного лица, подтвержденные соответствующими документами, о наличии спора по поводу их принадлежности либо принадлежность этих денежных средств лицу, признанному потерпевшим и (или) гражданским истцом по уголовному делу, установлена судом в порядке гражданского судопроизводства». В настоящее же время рекомендуем именно такое толкование закрепленного здесь правила.