1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 172

Бедность нам поможет

Ведомство Алексея Улюкаева дало возможность познакомиться с доработанным проектом макроэкономического прогноза на 2016-2019 годы. Вот какой отыскан рецепт приостановки спада и выхода на рост ВВП в 4,5% к 2019 г. - через ограничение роста зарплат и сокращение реальных пенсий в 2016-2017 годах с последующей компенсацией в 2018-2019 годах.

В цифрах так обрисована политика затягивания поясов. Продолжится сокращение реальных располагаемых доходов - на 2,8% в 2016 г. и на 0,3% в 2017 г. Будет сокращение реальных пенсий на 4,8% в 2016 г. и 2% в 2017 г. В дальнейшем индексация предлагается только по уровню инфляции до 2019 г. Увеличится число бедных с 13,1% в 2015 г. до 13,7% в конце 2017 г., с пиком в 2018 г. на уровне 13,9%. Возвращение реальных доходов и числа бедных к показателям 2015 г. планируется в 2019 г.

Проще говоря, говорится о том, что пару лет придется потерпеть, о потом все будет хорошо.

Граждане готовы потерпеть – если понятно, ради чего. К примеру, многие россияне взвалили на себя долговую кабалу – ради того, чтобы обустроить дома, дать образование детям или наладить свое дело, иногда. Такие действия и связанные с ними риски понятны. Предложение же Минэкономразвития не столь очевидно.

Почему через пару лет станет лучше? Закредитованные дяди и тети точно знают, когда закончится ад с выплатами щедрых вознаграждений банкам, потому что имеют график платежей.

Минэкономразвития обещает следующее.

Урезав еще доходы населения, якобы, мы увидим мощный рост корпоративных прибылей в 2018-2019 годах, рост инвестиций из Фонда национального благосостояния России и бюджета, как цитирует документ «Коммерсант» в «системообразующие и эффективные инвестпроекты».

Какие вдруг выявились перспективные проекты? Нет данных. И не было до сих пор. Вернее, бывали – в виде, скажем, очередного проекта по протяжке трубопровода, но нынче чаще приходится забывать про закопанные трубы.

Вот если привлекать деньги на благие дела не через развитие пауперизма, а, скажем, путем продажи акций нового бизнеса, требуется объяснить потенциальным покупателям, что и как собираются производить, кому продавать и по какой цене, как будут доставлять товары или услуги, и так далее. В нашем случае есть просто обещание. В выполнение которого невольные инвесторы должны просто верить, причем достаточно крепко, чтобы не думать про потерянные деньги.

Навскидку поверить можно лишь в некоторые пункты очередного документа намерений. Например, что будет снижаться энергоемкость промышленности на 2,5% в год за счет закрытия энергонеэффективных производств. Правда, тут возникает вопрос: если производства неэффективные, почему и раньше не закрывали? И где список, кого и когда прикроют?

Расцвету нашего ВВП послужит по версии А. Улюкаева и его команды, продолжение политики поддержки несырьевого экспорта и импортозамещения. Это мы со времен Леонида Ильича Брежнева слышим. Где перечень того, что мы вот-вот начнем поставлять на мировые рынки вместо углеводородов?

Конечно, недолго и списки-перечни составить, назвать их программами или еще как – опыт большой, он свидетельствует о том, что с годами никто не спросит о выполнении намеченного.

Деньги из кошельков россиян утянут точно, а вот вернут ли – это вопрос.

Кстати, это фундаментальный вопрос современной экономики. Нет денег у потребителей – не нужны и производители. Китайцы умудрялись отмалчиваться по этой теме, производя товары не для отечественных потребителей. Но и у них этот праздник заканчивается.

Наверное, Минэкономразвития возразит, речь вовсе не идет про то, чтобы отнять деньги у пенсионеров и пустить их на какие-то проекты. В работе команды А. Улюкаева можно найти намеки на роль модернизации, роботизации, что ведет к сокращению рабочих мест, повышает производительность. Но тогда надо бы договаривать.

Нобелевский лауреат, американский экономист Василий Леонтьев в своем последнем интервью в конце девяностых говорил, что отмечает такой тренд из года в год. В доходах семей в Штатах все большую долю составляют разного рода социальная помощь. И это как раз естественно в условиях, когда рабочие места забирают себе роботы. Вот это – новая реальность.

Рост социалки в доходах в какой-то мере компенсирует снижение покупательской способности увольняемых работников. Но главное – все это в комплексе дает больше возможностей для творческой реализации людей, которым не надо забывать про книжки, а следует бежать копать уголь. Творчество становится самым высокооплачиваемым родом деятельности, будь то автомобильный дизайн или изобретательство.

В документах Минэкономразвития не обнаруживается расчет роста социальной доли в доходах российских семей. Просто констатируется неминуемое снижение реальных доходов вообще и обещается их восстановление, а не рост, через пару лет. Иными словами, больше покупать люди не станут. При этом обещается непременно больше чего-то производить. Надо полагать, что в случае успеха это что-то покупать будет государство. Так оно и сейчас самый главный покупатель, и ни к чему хорошему это не ведет.

Вообще новое слово Минэкономразвития похоже просто на попытку выдать неизбежное – снижение тех же доходов, за реализацию умного плана.