1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 5361

О единообразии судебной практики и потенциально противоречивых правовых позициях высших судебных органов

Каждый раз, подавая иск в органы судебной власти, заявитель стремится получить не только справедливое, с его точки зрения, но и заранее предсказуемое решение. Посмотреть судебную практику — основополагающий подход любого юриста в ситуации, когда закон противоречив, неоднозначен или непонятен. Именно поэтому любое несоответствие, разночтение либо противоречие в правовых позициях российских высших судебных инстанций лишает предпринимателей возможности объективно оценить риски и угрозы для их инвестиций в конкретной ситуации.

Ключевыми для юридического анализа любой ситуации и для предварительной оценки успешности разрешения будущего спора традиционно выступают судебные акты Высшего арбитражного, Конституционного, Верховного судов, а также Европейского суда по правам человека.

Несмотря на воззрения отечественных правоведов, порой несправедливо (часто по формальным признакам) не признающих родства российской концепции единообразия судебной практики с ее «старшей сестрой» — английской концепцией stare decisis1, обе концепции в действительности предполагают значительную «связанность» судов правовыми позициями вышестоящих судебных инстанций. Представляя собой гарантию стабильности гражданских оборотов, обе концепции позволяют предпринимателям прогнозировать корректную оценку судами законности конкретных сделок, иных юридических актов, бизнес-проектов.

Именно поэтому любое несоответствие, разночтение либо противоречие в правовых позициях российских высших судебных инстанций, а также противоречие позиций национальных судов и Европейского суда по правам человека представляют собой деструктивное для российского бизнеса явление, лишающее предпринимателей возможности объективно оценить риски и угрозы для их инвестиций в конкретной ситуации.

В отличие от возглавляемой Высшим судом Соединенного Королевства (Supreme Court of the United Kingdom) и характеризующейся единоначалием английской системы судов, российская система правосудия триедина2. Судебная власть в определенном соотношении возглавляется одновременно Верховным, Высшим арбитражным и Конституционным судами. Как результат, российская система даже чисто функционально более подвержена возникновению противоречий в правовых позициях, причем не только в рамках одной ветви судебной власти, но и между ее отдельными ветвями. Наиболее распространенным противоречием является несоответствие между правовыми оценками, правовым толкованием судами норм российского законодательства.

Приведем несколько примеров противоречий между правовыми позициями Конституционного суда РФ, формализующими конституционно-правовой смысл соответствующих норм законодательства, и правовыми позициями Высшего арбитражного суда, Верховного суда, а также Европейского суда по правам человека.

Очевидно, что представленные примеры противоречий правовых позиций высших судов не являются единственными и единичными. Вместе с тем подобные противоречия, как было отмечено, в значительной степени нарушают единообразие судебной практики и угрожают стабильности гражданского оборота.

Каким образом подобные противоречия могут быть разрешены?

По общему правилу судебный акт Конституционного суда РФ, которым признается не соответствующим Конституции РФ то или иное положение закона, является основанием для пересмотра дела (в котором такой закон был применен) арбитражным судом или судом общей юрисдикции по новым обстоятельствам. При этом даже если Конституционный суд РФ дает позитивное толкование норм права, не признавая их неконституционными, однако определяя то, каким образом они должны толковаться с целью соблюдения Конституции РФ, это толкование также может быть признано новым обстоятельством. Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, выраженной в Определении от 05.02.2004 № 78-О, судебные акты Конституционного суда РФ, в которых определяется конституционный смысл нормы и устраняется ее действие в неконституционном истолковании, обладают той же силой, что и судебный акт о признании нормы неконституционной, то есть указанное Определение Конституционного суда РФ также будет считаться новым обстоятельством.

Можно принять позицию Конституционного суда РФ и, в частности, судьи Н.С. Бондаря, согласно которой решения Конституционного суда РФ обладают особым статусом (статусом источника права) по сравнению с решениями других высших судебных инстанций в силу их конституционно-правового характера3. В то же время, давая конституционно-правовое толкование норм права, Конституционный суд РФ не вправе вторгаться в компетенцию иных судов. Вместе с тем иные суды, в том числе высшие судебные инстанции, в своей практике обязаны учитывать и принимать конституционно-правовое толкование норм российского права, которое дается Конституционным судом РФ в рамках своей компетенции.

Формально предусмотренным способом разрешения противоречия является именно пересмотр судебных дел по новым обстоятельствам.

Вместе с тем вряд ли такой пересмотр может гарантировать стабильность гражданского оборота.

С одной стороны, сам по себе пересмотр судебного акта — это, напротив, дополнительный удар по сформировавшейся стабильности оборота, направленный на установление судами иной структуры правоотношений, чем это было установлено первоначально (пусть и в нарушение позиции другого суда). С другой, как видно из приведенных примеров, высшие суды нередко формируют иные правовые позиции, чем те, которые были ранее сформулированы Конституционным судом РФ. Соответственно для таких правовых позиций позиция Конституционного суда РФ в принципе не может быть признана новым обстоятельством, поскольку на момент рассмотрения дела она уже была формализована и известна сторонам и органам судебной власти.

Нередко Высший арбитражный суд РФ и Верховный суд РФ, а вслед за ними нижестоящие арбитражные суды и суды общей юрисдикции игнорируют позиции Конституционного суда РФ, давая новое толкование нормам, которые уже становились объектами конституционно-правового толкования Конституционного суда РФ. Как отмечалось выше, такое толкование может противоречить позиции Конституционного суда РФ, создавая дуалистичность толкования норм и неопределенность для участников гражданского оборота.

Выходом из сложившейся ситуации могло бы стать учреждение и обеспечение функционирования единого совещания судей, представляющих все три высших российских судебных суда с привлечением представителей Европейского суда по правам человека. Указанное совещание было бы призвано обобщать практику и формировать единый подход к ключевым противоречивым ситуациям применения российского законодательства. Единый подход будет основываться одновременно на конституционно-правовом смысле соответствующих правовых норм, уже сформировавшейся судебной практике, применимых нормах международного права. Существование и выполнение всеми высшими судами совместных решений совещания судей могло быть формализовано как посредством законодательного регулирования его правового статуса, так и в силу формирования соответствующего конституционно-правового обычая.

Теоретически альтернативно в Конституционном суде РФ также может быть проверена конституционность положений ст. 311 Арбитражного процессуального кодекса РФАПК, ст. 397 Гражданского процессуального кодекса4. В настоящий момент данная статья не указывает в числе оснований для пересмотра по новым обстоятельствам случай принятия Конституционным судом РФ актов, в которых дается позитивное толкование норм права, устраняющее неконституционное толкование, но при этом в которых сама норма права неконституционной не признается5. Принятие соответствующего решения Конституционным судом РФ может также способствовать «синхронизации» практик арбитражных судов и судов общей юрисдикции с практикой Конституционного суда РФ.

1 См., в частности, дело London Street Tramways v London County Council [1898] AC 375 и Practical Statement of House of Lords [1966] 3 All ER 77.

2 См., в частности, ст. 118, 125, 126, 127 Конституции Российской Федерации.

3 Бондарь Н.С. Судебный конституционализм в России в свете конституционного правосудия. М.: Норма, Инфра-М, 2011. 544 с.

4 Конституционность данной нормы проверялась в постановлении КС РФ от 19.03.2010 №7-П.

5 В практике Конституционного суда РФ имеются примеры, когда неконституционным признавалось отсутствие законодательного закрепления отдельных норм, в частности в постановлениях КС РФ от 26.02.2010 № 4-П и от 19.03.2010 №7-П.

Потенциально противоречивые правовые позиции высших судебных органов

Акт высшего
судебного органа

Потенциально
противоречащая
правовая позиция

Потенциально
противоречащая
правовая позиция

Акт высшего
судебного
органа

Потенциальные противоречия КС РФ и ВАС РФ

Постановление КС РФ
от 21.01.2010 № 1­П

Решения ВАС РФ могут применяться для пересмотра вступивших в силу решений нижестоящих судов только в том случае, если в них прямо указана возможность их применения с такой целью

Содержащаяся в решениях ВАС РФ фраза «толкование правовых норм является общеобязательным и подлежит применению при рассмотрении арбитражными судами аналогичных дел» указывает на возможность пересмотра вступивших в силу судебных актов нижестоящих судов

Постановление Пленума ВАС РФ от 30.06.2011 № 52

Определения КС РФ
от 25.07.2001
№ 138­О
и от 10.01.2002 № 4­О

Налоговые органы обладают полномочием на обращение в суд с требованием о признании сделки, заключенной налогоплательщиками,
недействительной
на основании
ст. 169 ГК РФ

Налоговые органы не вправе требовать признания сделки недействительной на основании ст. 169 ГК РФ, если сделки были совершены с целью уклонения
от налогообложения

Постановление ВАС РФ
от 10.04.2008 № 22

Определения КС РФ
от 01.12.2009 № 1484­О­О
и от 01.10.2009 № 1269­О­О

Двойного налогообложения не происходит, поскольку НДПИ — экономически необходимый расход, как и прочие расходы

НДПИ не нужно включать в расчетную стоимость добытого полезного ископаемого.

НДПИ не является расходом на добычу полезного ископаемого

Постановление Президиума ВАС РФ от 08.12.2009 № 11715/09,
Постановление Президиума
ВАС РФ
от 08.11.2011 № 5292/1

Постановление КС РФ
от 26.05.2011 № 10­П

Третейские суды вправе рассматривать такую категорию дел, и последствия решения третейского суда равны последствиям решения государственным судом (для целей государственной регист­рации)

Третейские суды не вправе рассматривать отдельные категории споров, в частности гражданско­правовые споры с публичным элементом (например, споры об обращении взыскания на заложенное
имущество)

Определение
Президиума
ВАС РФ от 18.05.2010
№ 634/10
по делу № А65­9867/2009­СГ5­52,
Запрос Президиума ВАС РФ
в КС РФ от 29.07. 2010 (№ ВАС­С01/УМПС­1571)

Потенциальные противоречия правовых позиций КС РФ и ВС РФ

Определение КС РФ
от 07.02.2008 № 242­О­О

Выплата компенсации вместо выдела доли в праве собственности в натуре только в отношении лица, заявившего требование о выделе доли

Допустимо по требованию любых участников долевой собственности

Определение
ВС РФ от 24.10.2006
№ 56­В06­17

Потенциальные противоречия правовых позиций КС РФ и ЕСПЧ

Определение КС РФ
от 15.01.2009
№ 187­О­О

Разное отношение
к военнослужащим — мужчинам и военнослужащим — женщинам в части предоставления отпуска по уходу за ребенком оправдано особой социальной ролью матерей в воспитании детей.

Массовое получение военнослужащими­мужчинами отпусков по уходу за ребенком скажется негативно на боеготовности вооруженных сил

Недостаточное обос­нование наложения более строгих ограничений на семейную жизнь военнослужащих — мужчин, чем военнослужащих —
женщин.

Была допущена дискриминация при осуществлении права на уважение семейной жизни по гендерному признаку

Постановление ЕСПЧ
от 07.10.2010 «Konstantin Markin v. Russia»