1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 21

ПМЮФ в цитатах и лицах

Александр Коновалов, министр юстиции РФ:

«Выработкой критериев объективной добросовестности должны заниматься суды. Я не верю в то, что это способно сделать какое-то сообщество, даже суженное до корпоративных групп. Все упирается в вопрос доверия к судам. Если мы не доверяем нашим судам, то нам ни принцип добросовестности не поможет, ни максимально казуистичное законодательство, ни что бы то ни было еще».

Дмитрий Медведев, Председатель Правительства Российской Федерации:

«Главная задача – понять, где находится место нашей профессии в современных реалиях. Вместе с новыми знаниями приходят новые угрозы. Нужно стремиться, чтобы именно право являлось средством разрешения конфликтов. Мы живем в эпоху так называемого умного права. В таких условиях юристу не достаточно быть хорошим юристом в узкой специализации, нужно разбираться и в смежных отраслях».

Валерий Зорькин, Председатель Конституционного Суда РФ:

«На форуме много говорят об искусственном интеллекте. Говорят, что он не сможет заменить человека. Заменить не сможет, но может уничтожить человека. Ведь у него нет души. Есть риск превратить человека и право в инструмент обслуживания техники. Есть также риск формирования постчеловека... Мы слишком увлеклись защитой прав отдельного индивида, конкретного человека и забыли об интересах общества, социума, большинства».

Юрий Пилипенко, президент Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации:

«Адвокат не стал героем нашего времени, потому что место героя в нашей стране занято. В России героем является Президент. И я говорю это безо всякой иронии, вполне серьезно».

Денис Новак, заместитель директора Департамента экономического законодательства Министерства юстиции РФ:

«В далеком будущем искусственный интеллект сможет выносить судебные решения, основываясь на сопоставлении различных информационных ресурсов, экономического анализа и баз данных. Однако в таком случае необходимо будет предусмотреть возможность обжаловать решение машины в высшей инстанции – уже с участием человека. На данном этапе говорить об этом пока рано, поскольку, предоставив роботу для анализа уже существующие нормы и не дав пространства для вариативности, судебная система рискует остановиться в развитии... Нельзя из сущего выводить должное».

Михаил Гальперин, заместитель министра юстиции РФ:

«Мы сами создаем запрос на множество нормативных актов, нам нужно детальное разъяснение применения в конкретных ситуациях. Мы сами создаем множество правовых актов. И кодификация – это шаг к другому качеству правосознания».

Татьяна Петрова, заместитель председателя Верховного Суда РФ – председатель Судебной коллегии по административным делам:

«В России активно внедряются элементы электронного правосудия. Необходимые для этого изменения в законодательстве вступили в силу в 2016 году. Речь идет о четырех группах норм: одна группа регламентирует подачу документов в суд в электронном виде, другая – касается аудиофиксации хода судебных разбирательств и внедрения видеоконференцсвязи, третья – регламентирует направление участникам судебного процесса актов, извещений и иных документов, а четвертая группа обуславливает электронное взаимодействие с ФССП. Электронное правосудие является общемировой тенденцией».

Людмила Новоселова, председатель Суда по интеллектуальным правам РФ (о принципе добросовестности в гражданском праве):

«Есть общий запрет действовать неразумно и недобросовестно, и есть санкция за то, что участник правоотношений действует неразумно и недобросовестно. Если вдуматься, то у нас появился новый институт генерального деликта».

Гадис Гаджиев, судья Конституционного Суда РФ:

«Сейчас мы констатируем девальвацию статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Массовому применению статьи десятой есть два объяснения: либо нравственность резко упала, чего в жизни не бывает, либо судьи оказались в ситуации, когда им дали в руки острое оружие, а они не знают, что с ним делать».

Юрий Любимов, заместитель министра юстиции РФ (о новой концепции оказания профессиональной юридической помощи):

«Мы хотели, чтобы те части концепции, которые вызвали непонимание и несогласие в профессиональном сообществе, были дополнительно обсуждены. Могу вас заверить, что у нас есть сейчас разносторонняя картинка. Мы готовы и дальше обсуждать концепцию до единства взглядов. Планируется постепенное объединение профессионального сообщества на базе единой адвокатуры, и будет решен вопрос, каким образом организуют доступ в адвокатуру для тех, кто еще в нее не включен. Не скрою, что моя персональная позиция весьма оригинальна: в качестве основы взять общий профессиональный экзамен. Но сделать большую категорию для исключений для людей, которых не стоит заставлять сдавать экзамен».

Григорий Ивлиев, руководитель Федеральной службы по интеллектуальной собственности РФ:

«Сегодня не все довольны существующей в России законодательной базой в сфере обеспечения прав на интеллектуальную собственность и взаимодействия авторов с заказчиками. В стране действует широкая инфраструктура, направленная на поддержку и защиту интеллектуальной собственности, в том числе и в аспекте трансфера.

Мы бы хотели понять, действительно ли существует несовершенство законодательства нормативного регулирования. Практика показывает, что эти проблемы носят фрагментарный характер, однако утверждение, что законодательство несовершенно, существует».

Андрей Клишас, член Совета Федерации, д. ю. н., профессор, полномочный представитель Совета Федерации в Конституционном Суде РФ, Генеральной прокуратуре РФ и Следственном комитете (о дальнейшем развитии адвокатуры в России):

«Самое важное – сохранить адвокатуру как корпорацию».

Флад Джон, профессор права и общества, юридический факультет университета Гриффит, Австралия:

«Юристы могут не обольщаться, у них нет монополии на все. Автоматизация права происходит независимо от государства. Технология даст ответ на те вопросы, на которые не может дать ответ государство. Например, уже сейчас есть такой сайт, через который можно оспаривать штрафы, автоматизированная система оспаривания штрафов, которая в переводе на русский называется «не плати». Это бесплатно, юристы этим не занимаются. Технологии будут развиваться и дальше».

Кабрияк Реми, профессор юридического факультета университета Монпелье, Франция:

«В кодификации должна быть стабильность – это важно. Гражданский кодекс во Франции – это своего рода общее право, оно предусматривает варианты решений, когда нет специальной нормы. Так же обстоит дело, например, в Перу».

Стив Краун, вице-президент – заместитель генерального советника по юридическим вопросам Microsoft, США:

«Microsoft трижды судилась с правительством США, защищая наших клиентов и протестуя против действий, которые, по нашему мнению, выходят за рамки справедливого и прозрачного правоприменения. Министерство юстиции США издало судебное постановление, обязывающее Microsoft передать электронную переписку одного из клиентов компании. Мы определили, что учетная запись этого пользователя хранится в нашем центре обработки данных в Ирландии, а значит, требование было ненадлежащим. Мы пытаемся доказать, что постановление суда США не может касаться данных, хранящихся за рубежом.

Международное верховенство права обладает другими инструментами, которыми могут воспользоваться правительства для получения электронных данных из-за рубежа. Важные принципы верховенства права и экстерриториальной юрисдикции заслуживают нашей защиты... Плюс машин по сравнению с юристами – машины никогда не устают».

Алексей Учитель, российский кинорежиссер, народный артист Российской Федерации, художественный руководитель киностудии «Рок»:

«Адвокат – это режиссер, сценарист и актер в одном лице. И в зависимости от профессионализма и таланта получается либо гениально, либо нет. Однажды у меня был судебный спор с одним из госорганов, я обратился к известному всем адвокату. Он говорит: дело проигрышное, но я дам тебе двух молодых парней, пусть они потренируются, попробуют. И вы знаете, я почувствовал, как они буквально завелись, завелись... и мы выиграли дело».

Кэмпкин Гэри, директор по политике и стратегии, TheCityUK, Великобритания:

«Великобритания ушла из Евросоюза, но не ушла из Европы. Для Великобритании есть плюсы после этого выхода. Она сможет вести независимую торговую политику в Европе. Британская правовая система гибко воспринимает все изменения».

Владимир Машков, актер и режиссер театра и кино, народный артист РФ:

«Адвокаты, подселяя в себя подзащитного, помогают ему самого себя сформулировать».